Библиотека

Неожиданный визит стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

и прямо, и сами попытки анализа оказываются подчас более серьезными, чем многие из тех, что сделаны на другом материале. Ведь, помимо всего прочего, главные героини этой литературы — женщины трудящиеся. И авторы, их создательницы, — тоже. Отрадно, что среди них находятся и такие, кто не боится писать на сложную (и, что греха таить, легко уводящую к штампам) «производственную тему». Наиболее яркий пример — Ангела Краус (род. 1950). Главная героиня ее повести «Праздник» — восемнадцатилетняя Фелиция Хендешь — никакая не ударница, а самая обычная рабочая, да и трудится она в тяжелых условиях старой, давно нуждающейся в реконструкции фабрики, а не на каком-нибудь известном всей стране комбинате. Женская тема в этой книге трактуется на широком производственном фоне. (Писательница во многом использовала личный опыт — она несколько лет проработала на комбинате по добыче и переработке бурого угля.) Действие повести развертывается в день, когда фабрика справляет семидесятилетний юбилей, а Фелиции исполняется восемнадцать. Отнюдь не «розовое» описание трудовых будней героини, ее непростая судьба — в свои восемнадцать лет она уже мать-одиночка — вот что вмещается сегодня в производственную тематику.

Горькой правдой проникнуты и рассказы ровесницы Ангелы Краус — Регины Рёнер, написанные на «деревенскую тему». В новелле «Каштаны еще зеленые» она поднимает такую больную проблему, как алкоголизм.

Достоверно запечатлевая социальные процессы, творчество женщин-писательниц свидетельствует: поначалу целью было завоевание равноправия в труде, самоутверждения на рабочем месте, самоопределения в общественных функциях. Но вот социальный статус женщины утвержден. И ныне в центре внимания вновь — семья, брак, любовь, воспитание детей. Выросшее женское самосознание предъявляет к мужчине более высокие, порою даже ультимативные требования. Но как все это сказывается на исконном и никем не отмененном предназначении — быть матерью, хранительницей домашнего очага? Женою? Подругой мужа? Возлюбленной?

Женщина нашего времени настойчиво стремится к универсальному соединению и собственно женских качеств, исконно ей присущих, и тех свойств, на которые испокон веков и еще несколько десятилетий назад имели право лишь мужчины. Возможна ли гармония — этот вопрос остается открытым. В реальной жизни попытка «успеть все и повсюду» приносит порою и успехи, но по большей части и нежеланные плоды. Добиваясь одного, человек тем временем теряет другое. В конечном итоге это приводит к неудовлетворенности собой, к признанию неудачности попытки. Это с горечью констатирует и Шарлотта Воргицки, и Бригитте Мартин, и Роземари Цеплин.

В россыпи женских судеб, запечатленных писательницами, порою начинает утомлять единообразие «неустроенности». Нередко ощущается и надрыв, и даже истеричность — по-видимому, «атавизмы» женской психики, традиционно трактуемой как «неустойчивая».

Писательницы не дают своим героиням рекомендаций, не дают их и читательницам. Чаще всего у рассказа, у повести финал остается открытым. Кстати, короткий рассказ или новелла — преобладающий жанр в женской прозе — обычно высвечивают «фрагмент бытия» и тем самым лишь намечают для читателя и истоки проблемы, и конечные выводы и перспективы. В литературе бывают периоды, когда некие пласты материала, темы в силу своей новизны и общезначимости нуждаются прежде всего в зондаже, в той методике, которую социологи называют «включенным экспериментом», то есть непосредственным наблюдением над окружающей действительностью без дистанции и без отстранения от исследуемого материала. В какой-то мере это можно сказать о женской теме у писательниц ГДР.

Такой подход к преображаемой реальности тем более оправдан, что большинство авторов-женщин пришли в литературу, уже имея определенный

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.