Несломленные стр. 118
на баннерах были размещены архивные фотографии народных артистов СССР Евгения Матвеева и Сергея Бондарчука и Бориса Лавренева.
Интересно, что нас тогда поддержал Захар Прилепин, который публично высоко оценил акцию по увековечиванию памяти о выдающихся уроженцах города. Правда, с ним возникла довольно забавная история, когда он увидел плакат с Евгением Матвеевым и отметил у себя в ТГ-канале, что, мол, не хватает плаката с Борисом Лавреневым. Я ему ответил, что такой тоже есть.
Захар Прилепин: «Ура! Меня поправили! Портреты писателя, местного уроженца, участника трех войн Бориса Лавренева уже на улицах Херсона. В прошлый раз написал про это месяц назад – и сразу сделали. Ну, чудеса. Как славно. Поклон всем причастным».
И тут (неожиданно!) искренняя реакция на акцию прилетела из украинских пабликов. Мысль там была следующая: столько лет на Украине существовало огромное количество контор, которые осваивали государственный бюджет, и никто таким пиаром, как Россия, не занимался.
«Что Украина может противопоставить для удержания сердец херсонцев – тупой быдло – 95-й квартал? Подлую трусливую сдачу Херсонской области?» – писали тогда в соцсетях. Без комментариев. Значит, неплохо мы работали.
Томас Репер
Во время референдума 2022 года была у меня еще одна теплая встреча – с Томасом Репером, моим немецким товарищем, журналистом и блогером.
Сентябрь, разгар референдума, Херсон.
Мы проводим пресс-конференцию, заходят наблюдатели, открывается дверь, а там Томас.
Мы оба ахнули – и давай обниматься (Он ведь не говорил, что приедет!).
А прибыли они тогда – в прямом смысле слова – из-под моста. Под Антоновским мостом они пережидали очередной обстрел.
Томас: «Это террор. Его смысл в том, чтобы пугать людей. Таким образом, украинский режим хочет напугать журналистов, чтобы они перестали высказывать свое мнение. Это начинается еще с Дарьи Дугиной в Москве, которую я лично знал. Я был с Кириллом Стремоусовым под Антоновским мостом, когда там ПВО работало, когда я был наблюдателем в Херсоне на референдуме. Я был много раз в Донбассе. Я знаю, что журналисты – это для них цель, что они пытаются бить туда, где есть журналисты. Они хотят, чтобы журналисты, грубо говоря, заткнулись».
Томас – один из зарубежных журналистов «здорового человека». Мы вместе работали на референдуме, и я рад, что Херсон ему очень понравился.
Томас: «Я был счастлив, что мне удалось 4 дня быть в Херсоне. Я считаю, что это был самый интересный регион. И когда мы ездили по всем городам и общались с людьми, я уже понял, что настрой народа поменялся, видимо, под обстрелами, которые усилились. Мне это в очень многих местах рассказывали, что они как раз из-за этого обстрела поменяли свое мнение. Что касается организации – вообще никаких претензий ни у кого. С точки зрения организации не к чему придраться. Звучит, конечно, странно, но это действительно так».
Сегодня он продолжает приезжать в Донбасс и Новороссию, продолжает свою работу – пишет на немецком языке правду, которая идет вразрез с «международной точкой зрения».
Томас: «Немцы очень мало знают о том, что происходит, потому что там это не освещается. Множество русских сайтов заблокировано. В немецких новостях всегда тупо повторяется фраза, что путинская агрессивная война против Украины во всем виновата. Есть, конечно, люди, которые в это не верят, –