Библиотека

Невероятные истории. Гум-гам и другие сказочные повести стр. 21

Размер шрифта
-
+
Тема

волнением.

Они наблюдали города будущего, устремленные под самые облака или опущенные на океанское дно, и жителей тех городов в непривычной, часто меняющейся одежде, в зависимости от того, где были эти люди: в рабочих помещениях или квартирах, в транспорте или на отдыхе. Все было интересно, словно ты сам ходил по многоярусным мостам или летал как птица с вышины одного зеленого дерева на другое…

Вознеслась на экране древняя башня, и Пап пояснил, что это восстановлена Вавилонская башня.

За городом небо вспыхнуло в веселой пляске огней, создавших разные картины, и Пап высказал предположение о новейшей живописи. А многие другие многоярусные строения Пап не смог определить.

Тысячи и тысячи разных лиц землян видели ребята, — все они были прекрасны. Проходили на Земле столетия, сменялись эпохи, развивалась цивилизация, но люди помнили о потерянных в космосе кораблях. Они подбадривали попавших в беду товарищей, приветствовали их энергичными жестами, улыбались им.

— Спасибо вам! — сказал негромко Карен, и его «спасибо» услышала с телеэкранов вся планета.

Два простых слова, произнесенные десятилетним мальчиком, оторванным надолго от родной планеты, вошли во все учебники космонавтики.

Это и был последний сигнал с «Виктории», принятый Землей перед возвращением кораблей.

Глава пятнадцатаяв которой будущее продолжает прошлое

И все же каждый из пассажиров в бесконечных кадрах выбирал то, что было дорого ему. И каждый переживал увиденное по-своему.

Полчаса тянулись очень медленно. Казалось, что воздух в каюте стал вязким и текучим, словно жидкость, и отгородил зрителей одного от другого. Сгустилась темнота, и раздвинулись стены…

…Олег сидел на деревянном табурете в каменном подвале, под тяжелыми низкими сводами, а перед ним был старый мастер с бородой, в богатой одежде и бархатной шапочке. На фоне распахнутого окна, из которого лился солнечный свет, старик был очень живописен.

«Я давно жду тебя, человек будущего, — медленно и спокойно говорил старик Олегу, — и представлял тебя именно юношей. Кому, как не юности, передают люди нажитую мудрость? Подойди ко мне».

Олег сделал несколько шагов и оказался перед мольбертом. Мастер был рядом.

«Я открыл силу человеческого сердца, аппаратов воздухоплавания и бронированных колесниц, укрепленных фортов и крепостей, подводных кораблей и приземляемых систем — многое из того, что века спустя может пригодиться людям, но сам себя я считаю прежде всего художником. Смотри».

И он открыл холст.

Таинственное лицо женщины смотрело на Олега. Мальчик замер перед знаменитым портретом. Улыбка Джоконды тянула его к себе.

«Я очень хочу стать художником, — с трудом шевеля губами, сказал Олег. — Но никогда не буду таким великим, как вы».

«Люди исследовали состав моих красок, — услышал он тяжелый голос художника, — не понимая, как можно обычными мазками передать саму жизнь. А секрет прост: запомни навсегда любимого человека и постарайся рассказать о нем другим…»

Темнота сгустилась, и Олег, напрягая зрение, с трудом различал застывшую навечно улыбку портрета…

Карен очутился в палатке. Загорелый до черноты человек в одних трусах стоял перед ним и весело спрашивал:

«А где Прилипала?»

1714638977_663350810c981.webp

Карен пожал плечами, не понимая, что с ним произошло. За стеной палатки что-то грозно вздыхало, и по равномерному шуму мальчик понял, что это море.

«Как же так! — взмахнул руками веселый человек. — Именно тебя, мальчик будущего, и должна увидеть моя Прилипала… А то она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.