Невидимая сторона стр. 225
и в кустах образовался проем. В него тут же сунулась любопытная жабья морда таких размеров, что мне стало не по себе.
Блин, да в эту пасть влезет моя голова! Причем с очень хорошим запасом, а если жаба постарается, то вообще сможет проглотить меня целиком. Сидящий в воде гоблин что-то заквакал своей питомице, поглаживая ее по морде. В ответ на это она утробно умкнула, раздувая здоровенный шейный зоб. Я даже подумал, что лорух тоже обладает зачатками разума, но тут же вспомнил разговоры некоторых людей со своими собаками и кошками. Судя по всему, эта особь была очень покладистой, потому что без проблем пролезла в узковатый для нее проем и неподвижно замерла рядом с нашей лодочкой. Иваныч сделал практически театральный жест рукой и сказал:
— Прошу устраиваться.
А мне что-то совсем перехотелось путешествовать вот на таком вот транспортном средстве. Впрочем, нерешительность продлилась недолго, а ее место заняли доводы разума, ну и еще немножко любопытство. Что интересно, никакой особой упряжи на лорухе я не заметил, специальные скобы для крепления ремней, свисающей с моей сбруи, были буквально вживлены в спину огромной жабы как какой-то пирсинг. Заводчик помог мне закрепить карабины на скобах. Сам я почему-то не решался этого делать, опасаясь нечаянно причинить боль живому существу. И дело тут не в жалости, а в элементарном инстинкте самосохранения. Дальше я двинулся уже верхом на лорухе, причем в качестве груза, а не наездника: никаких средств управления движением этого существа обнаружить не удалось. Ремни всего лишь помогали мне удерживаться на спине жабы в положении лежа.
Так как теперь лодка, по большому счету, никому не нужна, Иваныч скользнул в воду и поплыл рядом со своим сородичем. Второй лорух был значительно упрямее первого, а когда его все-таки удалось выковырять из загона, он оказался еще и куда меньше размером. Глядя на то, как инспектор пытается совладать со своим норовистым «скакуном», стало понятно, что определенный опыт у него все же имеется. Как только он справился с укрощением строптивого транспорта, его лорух тут же двинулся вперед, увлекая за собой и мою лягуху. Я успел лишь порадоваться тому, что без посторонних подсказок нацепил на себя соединенную с баллоном маску, потому что в следующее мгновение мое живое транспортное средство ушло под воду.
Как ни странно, под затянутой ряской поверхностью вода оказалась довольно чистой. Лорухи двигались вперед мягкими рывками, но при этом сумели набрать приличную скорость. Меня сдвинуло чуть ниже по спине жабы, так что пришлось хвататься за торчащие из живой плоти скобы, но в этом не было особой необходимости: ремни сбруи надежно удерживали мое тело в правильном положении.
Полученным от путешествия на лорухе впечатлениям удалось на какое-то время отвлечь меня от тягостных мыслей и тревожных ожиданий. Теперь интерес туристов из города к гоблинскому анклаву уже не казался странным. Видимость, конечно, не такая, как в морской воде, но даже в ближней перспективе было на что посмотреть. Вокруг колыхались водоросли самых диковинных расцветок и форм, а также плавали какие-то непонятные существа, часть из которых излучала довольно яркий свет. Поражало не только созерцание подводных красот, но и их манера передвижения. Поездка была, как говорится, земноводной: мы то двигались среди мерно