Библиотека

Незнакомцы в поезде стр. 119

Размер шрифта
-
+
Тема

чего это вы послали цветы?

— С хорошего настроения, думаю. Я перед этим был там на вечере.

— О, вы настолько хорошо знакомы?

Бруно снова пожал плечами.

— Была обычная вечеринка. Он был одним из архитекторов, которых мы имели в виду, когда говорили о строительстве дома. — Такой ответ выскочил у него сам собой, и он подумал, что удачно.

— Мэтт Ливайн. Вернемся к нему.

Бруно вздохнул. Гая пропустили — может быть потому, что его сейчас не было в городе, а может — просто пропустили. С Мэттом Ливайном у него ничего не было, но еще не понимая, что он может пригодиться, Бруно часто встречался с ним перед убийством.

— Так как насчет него? Вы виделись с ним 24, 28, 30 апреля, 2, 5, 6, 7 марта, и за два дня до убийства. Что вы на это скажете?

— Разве? — Бруно улыбнулся. До последнего времени в активе Джерарда было три человека из связей Бруно. Мэтт тоже недолюбливал Бруно и мог наговорить чего угодно. — Его интересовал мой автомобиль, хотел купить.

— А вы хотели его продать? Впрочем, почему и нет, вы же говорили, что собираетесь купить новый.

— Я хотел продать тот, чтобы купить маленькую машину, — рассеянно сказал Бруно. — Ту, которая сейчас в гараже. "Кросли".

Джерард улыбнулся.

— А как давно вы знаете Марка Лева?

— С тех пор как он был Марком Левицки, — ответил Бруно. — Углубитесь дальше, и вы узнаете, что он убил своего собственного отца в России. Бруно взглянул на Джерарда. "Собственного" прозвучало смешно, можно было бы обойтись без этого.

— Мэтт что-то и слышать про вас не хочет. Что, не договорились?

— О машине?

— Чарльз, — не теряя терпения, попытался Джерард урезонить Бруно.

— Мне больше нечего сказать. — Бруно взглянул на свои обкусанные ногти и подумал, что это хорошо, что Мэтт подходит под описание убийцы, составленное со слов Херберта.

— А с Эрни Шрёдером вы последнее время часто встречались?

Бруно широко открыл рот, приготовившись ответить.

Тридцать пятая глава

Гай босиком, в белых парусиновых брюках, сидел нога на ногу на носовой части палубы "Индии". Уже показался Лонг-Айленд, но смотреть на него пока не хотелось. Его приятно и знакомо покачивало в такт слабой качки судна. День, когда он видел в ресторане Бруно, казался ему днем сумасшествия. Он точно начинал свихиваться. Энн должна быть заметить это.

Гай согнул руку и потрогал тонкую бронзовую кожу, покрывавшую мускулы. Он почернел, как Эгон, парень-полупортугалец, которого они наняли в порту Лонг-Айленда в начале круиза. Только маленький шрам на правой брови остался белым.

Три недели пребывания в море принесли ему покой и отрешение, которых он давно не знал и которые месяц спустя покажутся ему чуждыми. Он пришел к выводу, что его искупление, каким бы оно ни было, это часть его судьбы и, как и прочая его судьба, само найдет его, ищи его не ищи. Он всегда доверял своему чувству судьбы. Еще мальчиком, когда они дружили с Питером, он знал, что будет не просто мечтать, — про Питера-то он знал, что тот только и делал, что мечтал, — а построит знаменитые здания, его имя займет достойное место в архитектуре и, наконец, — это казалось ему венцом достижений — он построит мост. Это будет белый мост с пролетами,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.