Ночь черного хрусталя стр. 1268
этого. Конечно, она устала за дорогу — женщина все же.
— Надо найти. Отдохнет потом. Кто же без нее приведет второго и прочих?
— Найдем. — Урбс снова огляделся. — Операционная сестра на месте. Из этой клиники. Вы забыли, сэр, что мы уже не в Приюте…
Берфитт усмехнулся. Кивнул.
— Начали, — сказал он и сделал разрез. Отогнул кожу.
— Электрофорез… Подошел санитар.
— Доктор Юровиц спрашивает — когда он сможет начинать. Его больной готов.
— Нужные ткани он получит… минут через двадцать. Берфитт проговорил это, не прерывая работы.
— И ребра, глядите, почти срослись. А много ли времени прошло?..
— Видите, — сказал Милов, — где они перевозили груз?.. На экране Берфитт только что извлек из грудной полости
оперируемого пластиковый пакет. Передал Урбсу. Велел:
— Отмойте. Только осторожно, иначе… Да, что нам тут нужно? Левая почка, а еще что?
— Больше ничего, — сказал Урбс.
— Хорошо. Шьем торакс и переходим к почке. Как он там?
— Давление, пульс — нормальны. В остальном…
— Какое же у него может быть остальное? — усмехнулся Берфитт.
Мисс Кальдер спокойно вышла из подъезда клиники. Никто не следил за ней, никто не удерживал: у всех и без того хватало забот.
Выйдя на улицу, она остановила первую же проезжавшую машину. Села. И сказала водителю:
— На Большую Ордынку.
Водитель знал, что на этой улице помещаются посольства и Бахрейна, и Гвинеи-Бисау, и Ксении, и Мавритании, и Киргизстана, и Раинды… Но на всякий случай уточнил:
— Посольство Израиля? Она кивнула.
— Уезжаете?
— Уезжаю.
— Туда, в Израиль?
— Не знаю, — ответила мисс Кальдер задумчиво. — Скажут.
— Теперь вы поняли, Докинг? — сказал Милов. — Ветеран у них — это и контейнер для постороннего груза, и живое хранилище тканей для трансплантаций. Вот вам, Докинг, и решение вашей проблемы с контрабандой тканей. Допустим, транспортируют какие-нибудь, ананасы в деревянных ящичках для фруктов, а поскольку ели или осины там не растут, ящички сколачивают из дощечек красного дерева. Все законно. И никто не виноват, если досочки эти потом тоже идут в работу — попадают к мастерам… Хорошо придумано, а? Так они уже не раз проводили вас за нос, пока вы думали, что контрабанду удалось пресечь, потому что не находили привычных контейнеров. Но ткани-то продолжали поступать в клиники, не так ли?
Докинг кивнул.
— Это и ставило нас в тупик. Мы понимали, что они что-то придумали. Но сообразить, что именно, не могли. Я вам очень благодарен, Милф. Но скажите: а вы сами — что вы искали и что нашли?
— Мы? — сказал Милов удивленно. — Разве я что-то искал? Вы просто попросили помочь вам — мы и помогли.
— Да перестаньте, Милф. Мы же только что видели, как они достали из этого пациента что-то… какой-то пакет. Что там, по-вашему, было?
— Я полагаю, — сказал Милов задумчиво, — что это было какое-то средство от моли. Вы не согласны?
— Секреты, секреты, — сказал Докинг. — У вас, русских вечно секреты.
— Да ну, — сказал Милов. — Какие секреты? Завтра вы прочтете об этом во всех газетах. И тем самым для них закроется одна тема, которую они обсасывали целую неделю. Да нет, больше! Да о чем мы. Поговорим лучше о ваших успехах: вы все-таки раскрыли их уловку.
— Теперь понятно, — сказал англичанин мрачно, — почему ветераны живут, в этих приютах так мало. — Он покачал головой. —