Библиотека

Ночь сурка стр. 120

Размер шрифта
-
+
Тема

добавлял к ощущению триумфа. Крючкотвор Артур был мастером полемики, и заявления его были выстроены безупречно. Он плел свою паутину со вкусом, не торопясь, словно танцуя, получая удовольствие от процесса судилища. Федор снова взглянул на Стеллу. Она сидела с опущенными глазами, обхватив себя руками, словно мерзла и пыталась согреться; время от времени она судорожно вздыхала, напоминая ему умирающую птицу. Он все время посматривал на нее, пытаясь поймать ее взгляд, но Стелла упорно смотрела в стол. Бледная, осунувшаяся, поникшая.

Неужели до такой степени можно подчинить себе человека, подумал Федор. Ему пришло в голову, что она была с ним в силу той же обреченности и подчиненности, что их близость лишь плод его воображения и они не одной крови, как ему вдруг показалось, они чужие. Он вспомнил, как она стеснялась, как закрывалась руками, как уворачивалась от его рук и губ… а потом словно рухнула преграда между ними, и она рванулась ему навстречу, стала отвечать жадно, неумело и… «Обреченно», — пришло ему в голову. Именно! Обреченно, понимая, что кара не минует. Ему было жалко Стеллу, он колебался, взвешивая «за» и «против», не желая усугублять ее незавидное положение и в то же время понимая, что выхода у него нет. Черт! Он вспомнил, как она вскрикнула: «Вы живы! Слава богу!», как едва не плакала, уговаривая его лечь, поправляла подушку; она пришла еще раз… а потом, уже уходя, от двери прошептала: «Извините…»

Все такие разные… Ослепительная Зоя, робкая перепуганная Стелла, циничная неудачница Елена, безбашенная Марго, прыгающая с телефоном в снегу…

Он отвлекся от спектакля, который между тем разыгрывался в гостиной. Он чувствовал, что раздваивается, пытаясь не спугнуть внезапно осенившую его догадку, осознать, слепить воедино, в снежный ком… Черт! Марго с телефоном между машинами — дядя Паша увидел и объяснил по-своему: ловила сигнал. Рисковая Марго… сказавшая что-то про судьбу… Про судьбу? При чем здесь судьба? Он вспомнил фотографии из мобильника Елены… А что, если не сигнал? Что, если она сравнивала картинку с машиной одного из гостей? Он вспомнил фотографию Елены около «Белой совы», припаркованный рядом черный «Мерседес», отчетливо виден номер… Черный «Мерседес» во дворе… Неужели нащупал? Неужели все так просто?

Он потер лоб, пытаясь выстроить ускользающий логический ряд. Покалывало в висках и колотилось сердце. Вернул его в действительность вскрик Елены: «Это не Миша!» Он обвел их взглядом, словно увидел впервые. Слетела пелена, и бесформенное нагромождение событий вдруг приобрело четкость и прямолинейность…

— Ищи, кому выгодно, — повторил Артур. — Насколько я понимаю, письма у вас? — Он смотрел на Федора, в стеклах очков трепетали красные точки — пламя камина. Великий инквизитор.

— У меня.

— Хорошо, что они в надежном месте. Я уверен, экспертиза легко установит автора анонимок. Они сыграли свою роль, Леонард Константинович был дезориентирован и напуган. Мы часто беседовали доверительно, он остался совершенно один, испуганный, преданный близкими людьми старик с больным сердцем. Я рад, что смог хоть немного облегчить ему последние дни. Леонард Константинович действительно хотел переписать завещание. Лучше бы он этого не делал, так как это столкнуло лавину. Это ведь всего-навсего деньги, и они не стоят… Они ничего не стоят. — Он скорбно покачал головой. — Не думал, что мое знакомство с семьей произойдет при

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.