Библиотека

О долгах, ритуалах и живых покойниках стр. 35

Размер шрифта
-
+
Тема

не терпится снова лишиться возможности колдовать?

— Сэр, эта возможность у меня имеется только благодаря моей связи с морем. Мое магическое ядро и так изрядно покорежено. Я слишком рано стал и долго был крестражем. Будь я темным магом, он бы стал частью меня самого, а так этот паразит просто тянул из меня силу. И когда Волдеморт убил его во мне, началось отторжение. И когда оно завершилось, на том месте, где был крестраж, осталось пустота, которая была заполнена связью с морем.

Франко умолчал, что процесс отторжения был усугублен проведенным Мод ритуалом. Он не только удалил остатки крестража, он забрал даже ту небольшую склонность к темной магии, что была у Франко. Даже сейчас артефактор не способен наложить не то что Круцио, его Авада и таракана не убьет.

— Вот значит как, — только и сказал зельевар.

Чай они допивали в несколько напряженном молчании. Когда Франко убрал со стола грязную посуду и крошки, он его нарушил:

— Мистер Фрейзер, когда по вашим расчетам будет готова Кровь Ниалла?

— Не ранее четырех часов пополудни.

— Тогда, если вы не против, мы начнем, как только зелье будет пригодно для использования. Шторм будет сильнее, чем ожидалось, и придет раньше. — пояснил Франко. — Чем дольше тянуть, тем сложнее предсказать последствия.

Зельевар со вздохом встал с кресла.

— Что ж, радует то, что вы хоть как-то научились думать о последствиях. Что-то еще?

Франко взмахом палочки погасил тлеющие угли и оглядел комнату.

— Не думаю.

В самом деле, с малфоевским амулетом он разобрался, а телесмы он доделает на берегу. Да и место под ритуал стоит расчистить получше.

— Я вернусь после полудня, — пообещал он зельевару и вышел за дверь.

16.

Люциус Малфой воспользовался порт-ключом ровно в полдень, однако к тому, насколько трудным будет перемещение, он, при всем его богатом опыте пользования экстренными порт-ключами, оказался не готов. Мало того, что его швыряло как щепку в водовороте, так еще и неслабо приложило об землю, протащив через груду какого-то щебня и досок. Когда у аристократа прояснилось в глазах, он понял что груда щебня и досок — все, что уцелело от стены и двери лачуги. Внимательно оглядевшись, Малфой с трудом подавил желание по-плебейски присвистнуть: от домика с толстыми каменными стенами, крепкой кровлей и добротной дубовой дверью остались лишь развалины. Вересковые пустоши, прежде вот-вот готовые покрыться лиловым ковром цветов, были голы и черны, не было слышно птиц, ветра, лишь вдалеке шептал прибой.

— Однако, — изумленно потянул Люциус.

Много позже, увидев его воспоминание в Омуте памяти, Северус усмехнется и скажет: «Иллюстрация на тему: «Здесь был Поттер»».

Но это будет потом, а пока Малфой отряхивал свою запачкавшуюся и кое-где порванную одежду и прикидывал, что он будет делать, если вход в подвал все-таки завалило: судя по всему, здесь еще недавно творилось форменное светопреставление, и как сработает простейшая Левиоса, он не знал. Однако его опасения были напрасны. На вход в подвал были наложены мощнейшие щитовые чары, которые вполне успешно пережили и шторм, и атаку камней. В самой лаборатории было все так же сухо и прохладно, на пустом, без единой северусовой склянки, столе с трудом, шипя,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.