Библиотека

О носах и замка́х стр. 713

Размер шрифта
-
+
Тема

если узнает, что он полицейский: у жителей трущоб к представителям закона крайне непочтительное и, можно даже сказать, презрительное отношение.

– Хмы-ырр! Завтрак!

Хоппер нехотя оторвался от кровати и, почесывая бок, двинулся к лестнице.

– Только бы не гренки, только бы не гренки, – взмолился он шепотом.

Конечно же, войдя в кухню, Хоппер обнаружил дымящиеся и копченые, как сердца кочегаров, гренки. Они у Лиззи получались невыносимо ужасными – сестра их готовила при помощи утюга.

Хоппер не смог выбрать, что сделать в первую очередь – поморщиться или зевнуть, – и его лицо сделало все одновременно, сотворив дикую гримасу аборигенов из людоедских племен с какого-нибудь острова в океане.

– Принесли газету, – напомнила Лиззи, с добродушной улыбкой глядя на брата. – Тебе сколько гренок? Две или три? Эй, ты куда?

Хоппер попятился из кухни и натолкнулся на стул, на котором стоял старенький пневмоуборщик. Махина задребезжала, наполнив дом, да и утро в целом, суматошностью.

– Включу сигнал на пневмопочте, – невнятно забормотал Хоппер, усмиряя медный аппарат и пытаясь понять, откуда отвалилась большая круглая деталь, когда он его задел. – Может, там что-то пришло…

Засунув непонятную деталь под крышку пневмоуборщика, констебль вошел в прихожую, открутил вентиль на почтовой трубе, и в тот же миг дом прорезал пронзительный свист: пришла капсула с посланием.

И именно то, что Хоппер обнаружил в этой капсуле, заставило его сорваться с места наподобие выпущенной из револьвера пули, лихорадочно нацепить форменные штаны и накинуть сверху мундир. Он впрыгнул в башмаки… потом перевпрыгнул (башмаки оказались не на ту ногу) и принялся поспешно завязывать шнурки.

Из кухни появилась Лиззи.

– Что творится, Хмырр?

– Мы нашли их! Нашли их! Повышение не за горами, Лиззи! – возопил Хоппер, поцеловал сестру в щеку и покинул дом. Он так торопился, что забыл про шлем, забыл натереть башмаки ваксой, он даже забыл свою дубинку.

Лиззи выбежала за братом.

– Хмы-ы-ырр! – крикнула она ему вслед. – Не такие уж они и невкусные! Ну и ладно, сама съем все гренки!

Лиззи обиженно махнула сложенной газетой, которую держала в руке, и вернулась в дом.

А Хоппер тем временем несся по улице так, что ветер свистел в ушах. Дело не терпело отлагательств, ведь Бэнкс сообщил ему, что знает, где именно спрятаны похищенные Фишем деньги! Более того, толстяк прямо сейчас был всего в паре шагов от них…

Что ж, если бы Хоппер так не торопился и сел позавтракать, он непременно увидел бы в газете огромный заголовок на всю передовицу:

«УКРАДЕННЫЙ МИЛЛИОН ВЕРНУЛСЯ К ВЛАДЕЛЬЦАМ!»

Но Бэнкс прислал ему записку, и он уже ни о чем другом не мог думать. Какой там завтрак! Какая там утренняя газета! Чуть-чуть терпения и рассудительности могли бы избавить его от множества последующих разочарований. Но с рассудительностью – и это все знают – констебль Хоппер был на «вы».

Добрался до канала он довольно быстро. Сперва добежал до станции «Пожарная часть», где, насквозь мокрый и запыхавшийся, ввалился в трамвай, следующий в сторону Фли. Затем были десять минут в пути и краткое, но очень эмоциональное переругивание с трамвайщиком: «Я вообще-то представитель закона, понял?! А констебли не платят в городском транспорте! Ах, тебе без шлема не видно, что я, трамвайная крыса, констебль?! Да не я трамвайная крыса, а ты

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.