Обещание нежности стр. 108
отдернула руку. Кто же станет гладить по щеке опасного хищника?… А человек без имени, действительно напоминавший сейчас своим видом обезумевшего от нанесенной ему раны зверя, произнес, глядя на нее упрямо прищуренными зрачками:
— И ты уже нашла покупателя на квартиру? Ей стало так неловко, что он отвернулся, пожалев о своем вопросе, вынуждавшем ее к признаниям.
— Я, видишь ли… я, собственно, уже продала ее.
И, заметив его мгновенное потрясение от событий, разворачивающихся с такой быстротой, она добавила с веселостью висельника:
— Мои вещи сложены и отправлены в камеру хранения. Билет куплен, все дела мои в этом городе завершены. Меня ничто здесь больше не держит…
Фраза была бы закончена на этом, если бы ее не пронзила вдруг острая жалость к человеку, с которым она провела всю свою последнюю осень и который стоял теперь перед ней, раздавленный ее внезапным решением. А потому она мысленно досчитала до пяти и закончила фразу иначе, нежели собиралась:
— Ничто не держит, кроме тебя. Поэтому я и пришла попрощаться с тобой. Мне было с тобой хорошо…
Варя ждала в ответ чего угодно, только не этой горькой усмешки, тронувшей его губы и отразившейся в каждом мельчайшем мускуле его лица.
— Так хорошо, что ты бежишь от меня, словно от зачумленного?… Ты просто устала от меня, Варя; я, должно быть, сильно надоел тебе. И я, конечно, не стану тебя удерживать. Отпускаю. Иди.
Он устроился на кровати, повернувшись к ней спиной, и уставился в стену. Это было так смешно, так по-детски и так неожиданно, и в то же время он выглядел настолько чужим и холодным, что девушка растерялась: в ее планы не входило покидать его нынешним вечером. И даже нынешней ночью… Ей нужно было переночевать где-то, прежде чем навсегда покинуть этот город. И она пошла в наступление:
— Напрасно ты так сердишься на меня. Ты ведь даже не предложил мне снять плащ, не спросил, как прошел сегодня мой день… Ты, кажется, вовсе не рад мне?
Молчание было ей единственным ответом.
— Ну, хочешь, я выкину эту коробку вместе со всем ее содержимым? Если уж мы из-за нее поссорились… Бог с ними, с деньгами. И бог с ними, со звездами. Хотя я-то надеялась, что сегодня ты еще покажешь мне в телескоп самые любимые из них.
Человек без имени по-прежнему молчал. Тогда Варя попробовала зайти с другой стороны:
— Я никак не предполагала, что ты обидишься на человека, воплотившего в жизнь мечту твоего детства. Вот и верь после этого в «Алые паруса»!..
Никакой реакции и на эту тираду. Она вздохнула,
уже ощущая, что все напрасно и расчеты ее оказались неверными.
— Ладно, не хочешь говорить о телескопе, давай забудем о нем. Считай, что это была неудачная шутка. Но я устала и замерзла. Ты не согреешь для меня чаю?
Она действительно устала сегодня. Все ее дела и в самом деле были закончены, но никакой билет — никуда! — не лежал в кармашке ее жакета, на который она небрежно указывала своему странному обидчивому другу. Она простилась сегодня с Москвой, в последний раз побывала на кладбище, выполнила все данные себе обещания и теперь была свободна, как птица, вольная распоряжаться собой и своей жизнью. Ей хотелось