Обитель Теней стр. 132
но отвечает ему отец Кирилла:
– Магия огня. Моей жены.
– Именно. Орден может вернуть её. Мы знаем, как.
Захлопывается крышка, и коробка просто исчезает в облаке тумана, а стоит ему рассеяться – ничего нет. Варя пододвигает папку.
– Так что, начнём подготовку?
* * *Кирилл даже рад поездке на мотоцикле.
Движение помогает прийти в себя, развеять туман в голове и взбодриться. Дороги – проводники для тревожных сердец и артерии, что ведут от сомнений к действиям.
Вообще он сам предпочитает машины, которые подходят для любой погоды, а внутри салона – музыка для дорог. Но мотоцикл – это драйв и скорость, когда нет никаких границ между тобой и дорогой, а простор щекочет затылок. То, что надо, чтобы почувствовать себя чуть более живым.
Клуб выглядит совершенно нежилым. Обычно около него курят гости, из-за двери раздаётся громкая музыка, а сейчас здесь густая тишина, притаившаяся среди стен других домов.
Внутри суетно. Лиза замирает на пороге, обводя всех взглядом и выискивая Николая в толпе. Кирилл из-за накатившей слабости еле забирается на стул. Лиза аккуратно касается его плеча и обещает привести Николая.
От гомона начинает стучать в висках, дыхание сбивается на хрипы. Кириллу кажется, что весь мир покрыт налётом пыли и серости. И становится только хуже.
Сейчас бы залезть прямо в костёр, в горячие угли или ванну с обжигающей водой и с витающим над ней паром. Только чтобы хоть немного согреться. Руки трясутся, когда Кирилл хватает кем-то забытую кружку с чаем – просто для тепла. Хоть какого-то.
– Лиза, это действительно срочно?
– Да, Ник, правда! – сердито отвечает она. – Не думай, что я не понимаю, как тут у вас всё важно. Так, я к Сюзанне, попробуем пробиться к Кристине.
Кирилл с трудом поворачивается на стуле, всё ещё держась одной рукой за стойку, и смотрит на Николая, напряжённо замершего перед ним. Даже звуки стали тише – другие стражи деликатно разошлись по просторному помещению.
– Уходи, – Николай прикрывает глаза и проводит большим и указательным пальцами по переносице.
– Я вот сейчас вообще не понял!
– Ты просто моя галлюцинация. Может, продолжается откат от эликсиров. Или я перепил кофе.
– Я вполне себе живой.
– Нет. Мне просто очень хочется, чтобы ты был живым.
– Класс. Стоило прийти в себя, как тебя уже не рады видеть.
– Будь ты живым, я бы чувствовал твою магию, ты же её никогда не скрывал. Будь ты живым, я бы чувствовал якорь. Будь ты живым… но это не так. Вокруг тебя нет ничего. Пустота.
Кирилл именно так себя и чувствует – пустым. И холодным.
«Я покажу. Недолго. Долго нельзя, ты не выдержишь».
– Ладно, смотри сюда.
Огонь вертится на ладонях, резво срывается высокими язычками до самого потолка, а потом опадает под ноги дымными искрами.
Правда, после этого резко кружится голова, и Кирилл вцепляется в стойку, стиснув зубы. Он точно не в порядке.
Но куда важнее, что в этот короткий момент жглись рисунки на левой руке, вычерченные тенями леса, кровью и огнём. Их клятва, принесённая дважды.
– Не смей, – тихо говорит Николай, шагая вперёд, и свет от тусклой лампы падает на него, подсвечивая грязь и пятна на рубашке, серые тени на лице. – Не смей так больше никогда