Оборотень следов не оставляет стр. 119
ты продался кяфирам? – продолжал распылять себя Амирбек.
Давлет неожиданно развернулся и побежал. Мехмет направил на него ствол и надавил на спуск. Очередь подтолкнула несчастного в спину, и он рухнул на землю. Боковым зрением Мехмет заметил, как под впечатлением от увиденного Усман сделал очередной шаг назад больше, чем положено, зацепился каблуком за выступающий из земли корень и полетел на спину. Автомат он держал в руках. Не теряя времени даром, следующую порцию свинца Мехмет послал в сидевшего на земле Усмана.
– Убери автомат! – раздалось в наступившей тишине.
Мехмет опустил ствол.
– Зачем ты стрелял? – взгляд Амирбека был полон недоумения.
– Разве не видел? Усман хотел убить тебя, – как ни в чем не бывало Мехмет забросил автомат за спину. – А Давлет убегал.
– С кем приходится теперь воевать? – с горечью в голосе пробормотал Амирбек. – А какие воины были еще пять-десять лет назад...
Мехмету вдруг показалось, что Амирбек постарел сразу на добрый десяток лет. Он осунулся, а взгляд омертвел. Теперь чеченец походил на спущенный воздушный шарик.
– Выходит, ты спас мне жизнь? – растягивая слова, проговорил Амирбек и медленно уселся на землю.
– Брось. Этот негодяй наверняка убил бы нас обоих, – он посмотрел на Усмана, который еще агонизировал. – Раз он пытался заступиться за Давлета, значит, они вдвоем убивали Бакса.
– Точно, вдвоем, – согласился с ним Амирбек. – Бакс не спал. У него был жар. Наверняка смог бы позвать на помощь. Поэтому один держал ему рот. Только почему так мало крови? – неожиданно спросил он и посмотрел в сторону носилок с трупом.
– Может, из-за того, что был ранен? – пожал плечами Мехмет. – Давление слабое.
Амирбек некоторое время молчал. Наверняка он размышлял, как быть с убитыми. Мехмет знал, что по чеченским обычаям при погребении должны обязательно присутствовать родственники. Он не раз был свидетелем того, как боевики тащили с собой убитых в расположенные за несколько десятков километров селения, где у тех жил кто-то из близких.
– Ладно, – наконец вздохнул он, – надо предать их земле.
* * *Антон убрал бинокль, в который рассматривал склон противоположной горы, и оглянулся назад. Сидя на свернутом в рулон спальном мешке, Дрон уминал ложкой кашу из банки.
– Холодная? – зачем-то спросил Антон, хотя прекрасно знал, что никто из спецназовцев не разогревал завтрак – он лично запретил использовать горелки на сухом спирте. Его запах далеко разносится в прохладном утреннем воздухе и может демаскировать расположение группы так же, как одеколон или мыло.
– Почему холодная? – Дрон перевернул ложку, выразительно облизал ее с внешней стороны, смял в кулаке сделанную по форме чашки пустую банку. – Полотенцем разогрел. Трение, товарищ командир, в школе изучали? Так вот, ногами банку зажал и...
– Хватит дурачиться, – Антон поморщился. – Не смешно.
– Смешно будет, если мы здесь просидим, а Герат уйдет другим ущельем, – пробурчал Дрон.
– Каким? – Антон отвернулся.
– Тем, которое справа или слева, – как само собой разумеющееся ответил Василий и сунул ложку в карман рюкзака.
– Что предлагаешь? – тон подчиненного начинал злить Антона.
– Давай выставим везде секреты? – завел старую пластинку Дрон. – Те, кто обнаружит банду, пристроятся сзади и установят, куда они направляются. Остальные в это время снимутся с позиций и выйдут