Обречен тобой стр. 91
просил. Мысли невольно утекают к погибшему сыну. Как же так? Почему? Он был такой сильный, такой красивый… Как папа. Я же его видела, я слышала, как бьется его сердечко. И считала пальчики на снимке УЗИ, который для нас заботливо распечатали.
– Вика!
– Уйди!
– Соберись, пожалуйста, малышка. Я знаю, что это нелегко, понимаю, но ты должна, слышишь?
– Знаешь? Ты? Да вы же со своей Леной спали и видели, чтобы это случилось! Ну, ты доволен? Теперь доволен?! – визжу я как бесноватая. Не думая о том, насколько это несправедливо, просто тупо не справляясь с болью. Круша все и вся на своем пути… Ничего не оставляя. Выжигая напалмом ненависти.
Кажется, мне вкалывают успокоительное. Потому что я, во-первых, ничего больше не помню, а во-вторых, умудряюсь уснуть. И сплю так сладко, что пришедшему на обход врачу приходится постараться, чтобы меня разбудить.
– Все хорошо. Вы, главное, не волнуйтесь. Процент выживаемости второго плода довольно высок. Мы уже обсудили это с вашим мужем…
– У меня нет мужа. У меня никого вообще нет, – шепчу я и, чтобы уж поставить точку в этом невыносимо изматывающем разговоре, произношу: – Это все? Тогда я вернусь в кровать.
Растерянный доктор кивает. А я, как и сказала, укладываюсь, накрываясь с головой одеялом.
– У тебя есть я. Ты всегда можешь на меня рассчитывать, – слышу за спиной некоторое время спустя.
Глава 24
Новый год я встречаю в опустевшей больнице. Все, кто могли, разъехались по домам, чтобы провести новогоднюю ночь с родными и близкими, а меня не отпускают. Слишком мало времени прошло с момента гибели моего мальчика – меньше суток. А значит, еще сохраняется риск для второго плода. Тут уж не до собственных хотелок и праздников… Настроение вообще не то. Многочисленные поздравления, сыплющиеся на телефон как мусор, выглядят чистой насмешкой. Особенно потому, что поздравляют меня в основном заказчики и деловые партнеры. Из близких – объявляется лишь Наташка. Но я не говорю ей о том, где нахожусь и почему, чтобы еще ей не испортить праздник.
Отвечаю всем стандартной отпиской.
Чтобы отвлечься, забираюсь в приложение маркетплейса и бездумно скролю ленту. Нейросеть отлично понимает, какие товары мне предлагать. Среди всевозможной новогодней атрибутики, заполонившей прилавки к праздникам, а теперь продающейся с огромными скидками, проскальзывают игрушки для самых маленьких, одежда для грудничков и всякая нужная мелочь.
Разглядывая очередной комбинезончик с оленьими рожками, с улыбкой тянусь, чтобы тот отложить. В моей корзине сто семьдесят восемь позиций. Машинально листаю вниз, чтобы обновить в памяти планируемые покупки, и замираю, будто от удара под дых. Потому что в ней половина вещей отложена для моего мальчика.
Глубже дышу, надеясь справиться с болью. Вот только дыхательная гимнастика ни черта не помогает. Эмоции подкатывают к горлу криком, но я выпускаю их по-другому – швырнув телефон в стену. Чего только не переживал мой айфон, но такого удара даже он вынести не в силах. С болезненным удовольствием смотрю на то, что от него осталось. Вот и хорошо. Давно надо было. И никаких тебе поздравлений. Дурацких открыток и прочего дерьма. Поскуливая, забираюсь в кровать. Накрываюсь с головой одеялом и даю себе команду уснуть, когда