Обретение мудрости стр. 424
сюда, – сказал он, тяжело дыша и широко раскрыв глаза от возбуждения. – Семеро колдунов и Катанджи.
– Отлично! Скажи Синборо, чтобы следил за городом. Может подойти подкрепление. Возвращайся на свой пост, вестник!
С мечом в руке, Уолли вывел остальных на палубу и сказал Ннанджи, что его брат идет сюда, а колдунов ждет засада. Моряки уложили десять болванок в линию вдоль фальшборта, невидимых с причала. Но окажутся ли они достаточно прочными? Он одной рукой передвинул две из них ближе к швартовым канатам.
Появилась Брота с рапирой и корзиной размером с голову, завернутой в черную ткань. Конец ткани даже напоминал косичку. Он проткнул рапирой узел и, улыбаясь, внимательно рассмотрел ее.
– Кукольный спектакль, – сказал он.
– Сегодня ты еще больше не в своем уме, чем обычно, – нервно заметила Брота.
– Как раз напротив. Я впервые в здравом уме с тех пор, как побывал в Аусе. – Он окинул взглядом палубу, думая о том, что еще не предусмотрел. – Вы с Джией ложитесь за этими болванками, поскольку, как мне кажется, они смогут остановить молнии. Но сначала мне нужны тряпки, чтобы прикрыть мечи.
– Чтобы укрыть меня, потребуется большая болванка! – Брота закатила глаза и послушно удалилась.
Уолли повернулся, глядя на толпу, которая не слишком уменьшилась. Вскоре могло пострадать множество невинных людей. Внезапно у него возникло искушение отказаться от своего плана, собрать свои войска и бежать отсюда. Единственное, что его останавливало – мысль о пытках. О, Катанджи!
Вокруг него в ожидании стояли пятеро мужчин и один мальчик. Ннанджи с шестью женщинами и девушками был на дороге – он видел Фалу возле горы тюков, беседовавшую с женщиной с другого корабля, и Мату на другой стороне, болтавшую с двумя моряками. Пространство возле «Сапфира» было относительно свободным, поскольку они не разгружали никакого товара, но остальная часть пристани была загромождена, и там ожидали фургоны, толкались или стояли люди, подходили новые фургоны. Скоро здесь мог начаться величайший хаос.
Он повернулся к сверкавшему глазами Ннанджи.
– Отнеси остальным мечи. Пусть остаются завернутыми, пока не понадобятся. Напомни им, чтобы быстро ложились, как только я крикну «Ложись!». Ннанджи, больше всего меня беспокоят возможные пытки. Мы не должны оставлять раненых, и в том числе твоего брата!
Ннанджи лишь кивнул, но его улыбка говорила о том, что он не думает о возможности поражения.
– Сейчас мы появимся на палубе и вызовем их на поединок, потом спрячемся, – объяснил Уолли. – Надеюсь, что это заставит их ответить своими… своими молниями. Будет очень шумно! Потом мы нападем на них, прежде чем у них будет возможность совершить новые заклинания.
Миниатюрная Фиа спрыгнула на палубу.
– Шонсу, они свернули за угол.
– Хорошо. Возвращайся. Скажи Синборо, чтобы все теперь оставались там. Будет много шума!
– Иди, Ннанджи. Не показывайся, пока мы не перепрыгнем через фальшборт. Да, Ннанджи! Скажи всем, чтобы целились в руки, а не в голову или тело.
Рыжие брови взлетели вверх, и с губ едва не сорвался вопрос. Ннанджи быстро скрылся с завернутыми в ткань мечами в одной руке, и с собственными мечом и перевязью в другой.
– Почему в руки, милорд? –