Обыкновенная прогулка стр. 5
не хотелось, но уходить было нужно, потому что за спиной, в комнате, с легким шорохом происходили какие-то метаморфозы, и кто знает, чем все это могло кончиться. Отыскивай потом дорогу, цепляясь за хвосты попутных комет!
Он поправил шарф, застегнул куртку и, не оглядываясь, открыл дверь в другую комнату.
За дверью тянулась неширокая длинная аллея, обрамленная высокими деревьями, кипарисами, как он догадывался, и вдали опять шли двое. Вопреки ожиданию, над аллеей раскинулось звездное небо. Звездные циферблаты. Он шагнул в комнату-аллею, закрыл дверь и остановился, прислонившись к стволу кипариса. Он ждал, когда эти двое подойдут ближе.
И они подошли, и прошли мимо, и
один из них молча кивнул ему. Его спутница смотрела прямо перед собой, еле слышно шептались кроны кипарисов, до утра было не так далеко, и под ногами идущих шуршали сухие октябрьские листья. Он не посмел идти следом за ними и только смотрел, как они удаляются, такие одинокие и печальные, ведя медленный разговор, который не мог кончиться ничем хорошим. Многое бы он отдал за возможность пройти по этой аллее… Многое можно отдать, если есть что отдать. А если нет? И что именно можно отдать? Память, чувства, желания, способность мыслить, жизнь? Но если отдать хоть одно из этого перечня — какой смысл в приобретении? Теряется смысл. Единственное, что можно отдать без всякого ущерба — это бессмертие. Но нельзя отдать то, чего нет — вот ведь в чем загвоздка.
И осталась за дверью кипарисовая аллея, а он снова оказался в прихожей, где все как-то странно изменилось. Потолок убежал ввысь, стены раздвинулись, полочка с телефоном едва виднелась на горизонте, зеркало отражало утренний свет далекой звездой, а вешалка висела в вышине, как неопознанный летающий объект или, скажем, аномальное атмосферное явление.
Между прочим, неопознанные летающие объекты мы не можем опознать не потому, что это сделать невозможно, а потому, что мы не хотим их опознавать. Скучно жить в мире без тайн, согласитесь. И даже если в конце концов одни из них будут твердо идентифицированы с шарами-зондами, другие — с частями наших космических аппаратов, сгорающими в атмосфере, третьи с шаровыми молниями, а четвертые с облаками — все равно всегда найдется хоть один НЛО, который останется загадочным. Иначе нельзя. Иначе будет слишком грустно.
Хоть и сгущался вечер, но было еще светло.Он шел, а ему навстречу спускался НЛО.Вот сейчас начнется контакт…И тогда закричал он грозно:«Улетай, бестолковый чудак,Пока ты еще не опознан!»Возможно, прихожая оставалась такой же, просто он стал воспринимать ее по-другому. Многое ведь зависит от восприятия. «Все, здесь написанное, весьма интересно». — «Ну что вы, такая чепуха!» Вот где ключ.
Справа от полочки с телефоном, на узорчато-зеленом обойном горизонте, в бледной дымке виднелся город. Город казался игрушечным. Остроконечные башенки венчались полузабытыми флюгерами: стрелками, петушками, флажками, парусниками, человечками. Все они, конечно, показывали разное направление ветра и все, конечно, морочили голову, потому что никакого ветра не было и в помине. Так иногда прокатывалась легкая волна, от которой чуть заметно покачивались цветы, изображенные на открытке с золотистой надписью «Поздравляем!», лежащей на полу под вешалкой. Открытка тоже морочила голову, потому что никого не поздравляла.
Он неторопливо шел к игрушечному городу, насвистывая что-то незатейливое, изредка глядя