Очищение убийством стр. 109
не узнать, Освиу Нортумбрийский. Однако я и к этому была готова. Много ли ты знаешь об искусстве каллиграфии?
Освиу отрицательно качнул рукой.
— А я изучала это искусство под руководством Кинлан из Кильдара, — продолжала Фидельма. — Опытному взгляду легко заметить особенности почерка писца — начертание букв, завитушек, наклон. Могу свидетельствовать, что эти стихи наверняка были переписаны Гвид.
— В таком случае мы должны быть благодарны тебе, Фидельма из Кильдара, — торжественно возгласил Колман. — Мы очень тебе обязаны.
— Брат Эадульф и я трудились над этим делом как один человек, — смущенно возразила Фидельма. — Это было совместное расследование.
Она коротко улыбнулась Эадульфу.
Эадульф улыбнулся ей в ответ и пожал плечами.
— Сестра Фидельма скромна. Я сделал очень мало.
— Достаточно для того, чтобы я мог сообщить об этом деле синоду, прежде чем объявлю о своем решении сегодня же утром, — решительно заметил Освиу. — Достаточно для того, чтобы слова мои звучали убедительно, когда я попытаюсь развеять подозрения и недоверие, царящие в умах нашей братии.
Он замолчал и грустно рассмеялся.
— Такое ощущение, будто с моих плеч сняли тяжелое бремя, ибо убийство настоятельницы Этайн из Кильдара было совершено не ради Рима или ради Колумбы, но по причине самой низменной — из-за похоти.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
В храме воцарилась необычайная тишина, когда Освиу встал со своего места и окинул взглядом ряды лиц, на которых застыло выжидающее выражение. Сестра Фидельма и брат Эадульф теперь, исполнив данное им поручение, ощущали себя какими-то чужими в этом собрании и, вместо того, чтобы занять свои места на скамьях среди своих, спокойно стояли у боковой двери, глядя на происходящее словно со стороны.
— Я сделал выбор, — заявил Освиу. — На самом деле выбора у меня и не было. Когда все доводы были приведены, вопрос свелся к одному: которая из церквей обладает большей властью — римская или та, что живет по уставу Колумбы?
Послышался недоуменный шепот. Освиу поднял руку, призывая к молчанию.
— Колман ссылается на апостола Иоанна Богослова. Вилфрид ссылается на апостола Петра. Петр, по словам самого Христа, хранитель врат Рая, и у меня нет ни малейшего желания идти против него. Я предпочитаю во всем покорствовать ему — дабы, коль предстану я пред вратами Царства Небесного, он, который, по свидетельству Евангелий, держит ключи, не выпроводил бы меня оттуда, но отомкнул бы врата для меня.
Освиу замолчал и оглядел непривычно притихший зал.
— С этого времени церковь в моем королевстве Нортумбрии будет следовать правилам Рима.
Тишина стала зловещей.
Поднялся Колман, голос его был мрачен.
— Государь, три года я, будучи настоятелем Линдисфарна и твоим епископом, старался служить тебе верой и правдой. С опечаленным сердцем я должен ныне отказаться от этого служения и вернуться к себе на родину, где я смогу почитать живого Христа в соответствии с моей совестью и учением моей церкви. Все, кто желает следовать путем Колумбы, милости прошу присоединиться ко мне в моем исходе из земли этой.
Лицо Освиу было твердо, но в глазах читалась грусть.
— Да будет так.
Колман горделиво повернулся и вышел из храма, и все зашептались. Там и тут сторонники церкви Колумбы вставали, чтобы последовать за епископом.
Настоятельница Хильда встала, лицо ее тоже было печально.
— Синод завершился. Vade in расе, ступайте с