Одна ночь соблазна стр. 125
будут разоблачены.
Парфения нахмурилась и покачала головой.
— Папа говорит, что никогда нельзя доверять тори. Возможно, они лишь пытаются очернить Михаила, потому что он присоединился к вигам. Они действуют из зависти.
— У них есть свидетель. Довольно известное лицо, — добавила Бекки, не в силах сдержаться. — Ах, если бы я еще что-нибудь услышала! Но домоправительница чуть меня не застала.
— Понимаю. — У Парфении сузились глаза. Она углубилась в размышления. — Эбби, вы абсолютно правы, что пришли ко мне.
— О, благодарю вас, миледи.
— Даже если все это окажется неправдой, лучше безопасность, чем пустые сожаления. И все же мне хотелось бы знать больше.
— Я… я думаю, можно кое-что… — Бекки изобразила сомнение. — Я ведь видела, как мой хозяин убрал какие-то бумаги в ящик бюро. По-моему, они как раз связаны с этим делом. Сама я их не видела.
Парфения придвинулась ближе.
— Эбби, — прошептала она. — А вдруг ты сможешь добраться до этих бумаг? Просто взглянуть на них. Что ты скажешь? Понимаешь, князь просил моей руки у отца.
— Ох! Ну тогда… — Бекки замолчала, а потом, демонстрируя растущее беспокойство, добавила последний мазок к картине: — Леди Парфения, вы считаете, что тори могут намеренно скрывать сведения о темных делах князя Куркова, выжидая официального объявления о помолвке, а потом разом огласить правду? Ведь поступив так, они причинят много вреда вашему благородному отцу.
Парфения побледнела.
— О, они могут пойти на это. Да! Папа, как глава вигов, давно уже был бельмом у них на глазу. Что же, — воскликнула она, — если у Михаила есть позорные тайны, ему не удастся увлечь меня и отца следом за собой в бездну. — Парфения еще ближе придвинулась к собеседнице и крепко ухватила ее за плечо. Бекки едва не испугалась. — Эбби, — проникновенно сказала она, — ты можешь добыть мне эти бумаги?
— Ой! — воскликнула Бекки. — Я… я не знаю, посмею ли. Дочь герцога задрала подбородок.
— Не бойся, что тебя уволят. Да и вообще,
кому хочется работать па какого-то дряхлого тори? Когда все это кончится, ты будешь работать у меня. Да, ты даже получишь возможность выучиться на горничную для леди, — объявила Парфения с великодушным видом.
— О Боже, миледи, вы так щедры! — И подавляя улыбку, Бекки изобразила сердечную благодарность, но при этом радовалась, что Парфения думает, будто мысль выкрасть бумаги принадлежит ей самой. — Я согласна! — решительно объявила она. — А пока, молю вас, миледи, не показывайте его сиятельству, что у вас есть причины в нем сомневаться!
— Не показывать?
— Не показывайте. Ведь если он невиновен, вы можете потерять его. Никому не нравится, если в нем сомневается тот, кого он или она любит, миледи.
— Ты права. — Парфения кивнула. Сейчас она выглядела собранной и возбужденной. Эта интрига мобилизовала ее силы. — Я придержу свои сомнения и не стану судить, пока ты не доставишь мне те бумаги и пока я сама их не прочту.
— Очень мудро, миледи, — кивнула в свою очередь Бекки. — Но если учесть, что это можно считать кражей…
— Кражей? Нет! В конце концов, ты ведь берешь их только на время. — Парфения ободряюще улыбнулась. — Когда я все прочитаю, ты положишь их назад, так?
— О да, миледи. Все же лучше бы их больше никому не показывать. Так будет безопаснее. Я пошлю