Одна ночь соблазна стр. 73
бездельников. Капитан всех лондонских повес. Вот как меня называют. И какое-то время я наслаждался своей славой. Потом война кончилась, и герои вернулись домой.
— Все твои браться живы?
— Слава Богу, да. Как видишь, я в конце концов не понадобился. Потом у Роберта родился сын — продолжатель рода… И с тех пор, что же… Я и сам не знаю, зачем живу. — Он горько хмыкнул и стал смотреть в окно. — Господи, зачем я тебе все это рассказываю?
Бекки встала, подошла к Алеку, села ему на колени, обняла его за шею и посмотрела в лицо.
Алек не двигался, по-прежнему сидел, опираясь щекой на руку, и лишь бросил на девушку беглый взгляд. Голос его оставался все таким же насмешливым и безразличным, но что-то переменилось. Выражение лица у него сделалось тревожным и даже мрачным.
Бекки крепче обняла его и поцеловала в щеку.
— Алек Найт, ты вовсе не павлин. В тебе так много достоинств. Ты замечательный человек.
— Ну хорошо, — медленно произнес он. — Я принимаю этот комплимент.
Бекки улыбнулась, отбросила с его глаз белокурые пряди, молча выказывая свою любовь и одобрение. Эти ласковые прикосновения как будто его успокоили.
— Мой дорогой Алек, — продолжила Бекки через несколько минут и покачала головой. — Ведь ты же не случайно здесь оказался, просто ты сам еще до конца не понял.
— А может, и понял, — отвечал он, вглядываясь в ее лицо затуманенными глазами. Потом обнял покрепче и поудобнее усадил у себя на коленях.
Они долго смотрели друг на друга, изучая и пытаясь понять. Наконец Бекки вздрогнула, коснулась лбом его лба и прикрыла глаза.
— Алек, — прошептала она.
— Бекки, — выдохнул он.
Бекки дрожала, ощущая его руку у себя на бедре. Запрокинув голову, она предложила ему свои губы. Он положил ладонь ей на затылок.
— Господи, как я хочу тебя. — И поцеловал ее страстным поцелуем. — Но, ангел мой, не надо меня соблазнять. — Он погладил ее губы кончиками пальцев, следя за ними глазами. — Ты не моя. Человека можно простить однажды за ошибку, совершенную по неведению, но теперь, когда я знаю правду, это дурно.
Мысль, что их связь, если ей суждено продлиться, должна быть не только физической, помогла Бекки прийти в себя. Тесное общение с Алеком до тех пор, пока не будет завершена их миссия, может оказаться мучительным, но все же Бекки нашла в себе силы, поднялась с его колен и присела на кровать на безопасном от молодого человека расстоянии.
Алек понимающе улыбнулся, разделяя ее разочарование, потом сунул руку в нагрудный карман жилета.
— Это должно тебя порадовать. — И он показал толстую
пачку банкнот, скрепленных золотой булавкой с его монограммой.
— Господи, Алек! Где ты их взял?
— Не забивай свою хорошенькую головку такими вещами, — поддразнивающим тоном отвечал он. — Все готово для Брайтона. В полночь мы возьмем почтовую карету и к утру будем на месте. Тем временем я попробую удвоить эту сумму за столом.
— За каким столом?
— За карточным. А где, дьявол побери, я и сам не знаю. Постараюсь играть там, где за столами не бывает шулеров.
Бекки выпрямилась.
— Я пойду с тобой!
— О нет! Не пойдешь. Игорный притон — не место для молодой леди.
— Спальня капитана всех лондонских повес — тоже, — лукаво парировала