Одна в поле воин стр. 1374
а значит, под влиянием эмоций склонен к быстрым и необдуманным поступкам. Женщины реже слепнут от обиды и прут напролом, они все-таки дорожат тылом и легко не сжигают мосты. Мужчины – Олег, Сенька и других примеров масса – в запале могут наломать дров, наговорить лишнего. С другой стороны, они быстрее отходят и не нянчатся со своей обидой. Если Сенька с Эмкой как-то неправильно поговорил? Не то сказал, и Эмка теперь станет действовать от противного? Кроме всего прочего, Эмка по натуре авантюрист и любитель приключений, розыгрышей, спектаклей. Серые будни не его стихия, он не выносит застой, ему требуется вечное движение. А тут такое приключение: нашлась мама, увезёт его в Америку – как в кино! В дешёвой мелодраме! Ее внук будет жить на мещанском Брайтоне, в окружении нэпманов!
Когда пришёл Олег Арсеньевич, она поделилась с ним своими тревогами. Муж не удивился, повторил в сотый раз:
– Поленька, не волнуйся, всё будет хорошо.
И Полина Сергеевна поняла, что, в отличие от нее, Олег сразу вычленил основную проблему. Так же, как и сын. Полина Сергеевна позвонила Сене, спросила, говорил ли он с Эмкой.
– Да, говорил, – коротко ответил Сенька.
– Что ты ему сказал?
– Всё, что нужно.
– И как отреагировал Эмка на «всё, что нужно»?
– Нормально. Мама, успокойся!
Сын не хотел делиться с ней, а если Сенька чего-то не хотел, то заставить его было невозможно.
– Тираны! – положила трубку Полина Сергеевна. – Три тирана на мою бедную голову! Как я вас люблю! – У нее перехватило горло и невольно вырвалось запретное: – Моя любовь не имеет будущего…
– Почему? – вскинул брови Олег Арсеньевич.
– Она не имеет и прошлого, – выкрутилась Полина Сергеевна, – только настоящее.
Хотя Юсю ждали вторые сутки, когда она позвонила в домофон и сказала: «Это Люда!» – Олег Арсеньевич переспросил: «Кто-кто?», не сразу сообразил. Очевидно, в Америке она отказалась от имени, которое ей дали Пановы.
Юся хорошо выглядела, гораздо лучше, чем ожидала Полина Сергеевна. Юся не растолстела безобразно, как ее мамаша, хотя была полной. Она не соответствовала современным стандартам красоты, но чуть-чуть похудеть – и это будет женщина классических форм, физически сильная, белокожая, румяная, «с чистым взором незамутнённых высшим образованием глаз», как говорила о своей крестной Ксюша. Полина Сергеевна вспомнила эту нелестную характеристику, наверное, потому, что почувствовала завистливый укол – на фоне пышущей здоровьем Юси сама она, исхудавшая до костлявости, выглядела живыми мощами.
Едва ли не с порога Юся стала вручать подарки – джемпер Олегу Арсеньевичу, блузку Полине Сергеевне.
– А эта водолазка Сеньке. Эмке машинка на радиоуправлении.
– Большое спасибо! – поблагодарили Юсю.
Раздача презентов выглядела неделикатно, точно Юся хотела их купить, задобрить. Но ее суетливость была простительна – Юся очень волновалась, не знала, как ее встретят. Ее встретили доброжелательно-настороженно.
Полина Сергеевна пригласила выпить чаю. Олег Арсеньевич отлучился позвонить сыну: приехала.
Не дожидаясь вопросов, Юся принялась рассказывать про свое американское житье-бытье. В ее тоне звучали нотки оправдания и некоторого вызова, точно Юся хотела предупредить возможные к ней претензии. Клавдия Ивановна прижилась в Нью-Йорке легко, хотя с зятем, мужем Юси, и с самой Юсей иногда