Огонь и пепел стр. 307
заперты. Здесь не было ничего, что могло бы привлечь зомов, и больше чем достаточно топлива, чтобы торговцы приезжали за ним. Цена платилась не за нахождение, а за безопасную доставку обратно в город. Остальные остановились рядом с ним.
Чонг посмотрел на знак «Огнеопасно».
— Хотя я восхищаюсь твоим ходом мыслей, чувак, но не думаю, что мы сможем уговорить жнецов собраться здесь ради большого сожжения психов-убийц.
— Не совсем то, о чем я думал, — сказал Бенни. Он рассказал им об идее, которая начала формироваться на холме над Хейвеном и принимала более четкую форму с каждой минутой.
Они уставились на него со смешанным выражением на лицах.
— Ты свихнулся, — сказал Чонг в ужасе.
— Ни за что не сработает, — покачала головой Лайла.
— Только в твоих мечтах, — сказала Бунтарка.
Только Никс молчала, сузив хитрые глаза.
— Однажды, — сказал Бенни, — когда я разговаривал с Джо Леджером, он спросил меня, как далеко я готов зайти, чтобы остановить святого Джона, если он придет за мной и моими людьми. Он сказал, что если я посмотрю внутрь себя и увижу черту, которую не смогу перейти, тогда святой Джон победит.
Он повернулся к ним.
— Так что, думаю, ребята, я задаю вам тот же вопрос. Как далеко вы готовы зайти, чтобы остановить святого Джона?
Никс вытащила свой журнал из сумки и протянула Бенни.
— Так далеко, как понадобится, — ответила она.
96Они были в восьми километрах от Маунтинсайда, когда заметили двух мужчин верхом на лошадях, стоящих посреди дороги. Бенни снизил скорость и остановился в шести метрах от них. На мужчинах были джинсы и защитные плащи, и у обоих красные пояса были перекинуты через грудь. Мужчина слева был поменьше. У него были темная кожа и бритая голова, а с бедер свисали мачете. Мужчина справа был широким в груди и плечах, и рукоять деревянного боккэна поднималась над его левым плечом, удерживаемая тканевой петлей. Лошади боялись шума двигателей, поэтому Бенни
выключил мотор. Как и остальные.
Все — двое мужчин и они впятером — спустились и несколько мгновений стояли на дороге, уставившись друг на друга.
— О боже, — Бенни услышал слова Никс.
Он пошел вперед, пока не остановился на расстоянии полуметра от того, что был повыше. На расстоянии рукопожатия. На расстоянии удара.
Он сказал:
— Морги.
Морги Митчелл смотрел на Бенни, квадроциклы, Чонга и Лайлу. Бунтарку.
На Никс.
Бенни напрягся, ожидая того, что случится. Ярость. Жестокие слова. Кулаки.
Потом Морги издал громкий крик чистой радости и поднял Бенни с земли, сжимая в медвежьих объятиях.
— Ты уродливый придурок! — проорал он. Он прокрутил Бенни по кругу, испугав лошадей. Никс и Чонг тоже подбежали. Они обняли Морги. Никс поцеловала его. Они безумно кружились, игнорируя взгляды, ахи и слова.
Морги освободился, а потом обнял их всех вместе и прижал к себе.
— Мне жаль, — сказал он, и слезы бежали по его щекам. — Бенни… Никс… мне жаль. Я тупая обезьяна, и у вас есть все права надрать мне задницу.
— Ух… конечно, ладно… с радостью, — ахнул Бенни, — но… ай.
Морги понял, что радость на лице Бенни сменилась болью, и отпустил его.
— Я сделал тебе больно? О боже, я полный идиот. Я…
— Нет, — выдохнул Бенни, отходя и шатаясь. — У меня просто типа ножевой