Библиотека

Океан. Выпуск пятый стр. 465

Размер шрифта
-
+
Тема

долю гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана на «Таймыре» и «Вайгаче». Но было одно обстоятельство, которое выделяло эту зимовку из множества других: впервые исследователи не испытывали мук страшного одиночества, которое нередко толкало людей на отчаянные поступки. Непрочная ниточка радиосвязи, случайно протянувшаяся между судами Вилькицкого и «Эклипсом», была для них в тревожные зимние месяцы дороже самого солнца. Кто из моряков не мечтал тогда увидеть и обнять удивительного телеграфиста, самой, кажется, судьбой посланного им на помощь! Не чудо ли: телеграфисты «Таймыра» и «Вайгача» часто плохо слышали друг друга, а этот парень не только связался с ними на расстоянии в 450 километров, но и умудрился перекинуть радиомост между ними и Петроградом! Об их бедственном положении знает Большая земля, в Петрограде разрабатывается план их спасения!

САННЫЙ ПУТЬ

Дмитрий Иванов обнаружил работу радиостанций «Таймыра» и «Вайгача» в конце августа. В первых числах сентября, когда барк с трудом пробивался сквозь льды к берегу Таймыра, он записал несколько депеш, встревоживших моряков «Эклипса». Кто-кто, а капитан Отто Свердруп отлично понимал, что значит попасть между двумя сокрушающими друг друга льдинами, да еще на судне, не приспособленном к такого рода испытаниям. Натиск льдов может выдержать только корабль с яйцеобразным корпусом. У судов Вилькицкого борта отвесные.

— Они зазимуют, — уверенно заявил Свердруп. — И никто не может дать гарантии, что мир не станет свидетелем еще одной страшной катастрофы… Наш долг сделать все возможное, чтобы облегчить их судьбу.

С этого момента телеграфист «Эклипса» ни на минуту не переставал думать о попавших в беду соотечественниках. Он проявил поистине нечеловеческое терпение, добиваясь ответа судовых радиостанций, и, когда наконец связь была установлена, с 8 утра и до полуночи, а иногда и ночью слушал их работу, следил за местонахождением дрейфующих кораблей и их состоянием. Когда «Эклипс» благополучно достиг Таймыра и встал на зимовку, Иванов, при горячем участии всей команды, приступил к осуществлению своего дерзкого замысла: во что бы то ни стало преодолеть расстояние и донести до Петрограда весть о тяжелом положении экспедиции Вилькицкого, просить у Родины совета.

И вот 6 января 1916 года стало праздником для моряков всех трех судов, а ответ Югорского Шара — лучшей наградой телеграфисту.

В дикой арктической природе есть своя неповторимая красота. Когда крылья полярной ночи на долгие месяцы накрывают моря и земли Арктики, на небосклоне вспыхивает иллюминация полярного сияния. Ничто в мире не может сравниться с ошеломляющим изобилием и тонкостью его красок. Будто кто-то щедрой рукой бросил ввысь кусок тончайшего шелка, и он разворачивается в полнеба, переливаясь волшебными красками. Они плывут, мерцают, гаснут и

вспыхивают вновь.

Судовой телеграфист ненавидел полярные сияния, нарушавшие работу радиостанции. Не слышал он, не слышали и его. А работы, особенно в январе и феврале, было чрезвычайно много. Теперь «Эклипс» стал передаточной инстанцией. Моряки телеграфировали домой, Иванову приходилось передавать обширную научную информацию, вести переговоры между Вилькицким, Свердрупом и Петроградом о мерах по предотвращению гибели людей на «Таймыре» и «Вайгаче». Положение этих судов по-прежнему вызывало большую тревогу.

Во время сеансов радиосвязи с Югорским Шаром передатчик испытывал такую нагрузку, что искра в контакте ключа Морзе переходила при размыкании в вольтову дугу, и уже через две недели платиновые контакты совершенно сгорели. Запасных не было. Работал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.