Библиотека

Около кота стр. 277

Размер шрифта
-
+
Тема

особое. Тряслась седая голова, тряслись плечи, трясся зелёный халат – износившийся, в паре мест заштопанный. А я стоял и не знал, что сказать.

Потом он успокоился, поднял на меня глаза.

– Ну так что? Вроде как рубить хотел? Давай, руби, от их слов всё равно больнее, чем от железки твоей.

Взмахнул я саблей… да и сунул обратно в ножны.

– Всё, дед, хватит, – слова давились у меня во рту, как непрожёванные. – Договор твой с господином Алаглани я отменяю, ты и так без меры чужой беды насосался. За чай спасибо, пойду. Не провожай, сам разберусь, как там открывается.

Потом наклонился я, погладил рыжего кота – тёплый он был, прямо как живой – и коридорчиком прошёл к двери. Отодвинул засов, толкнул – и вышел на воздух.

Ну, то есть это я так сказал – на воздух, но не уверен, что именно воздухом была эта серая взвесь. Да и вообще тут всё изменилось, пока я с Зелёным Старцем чаёк попивал. Во-первых, исчезла тропа. Внизу, под ногами, была та же серость, что и со всех сторон. Во-вторых, не стало и двери. И стоял я, не в силах понять, откуда пришёл, в каком направлении дорога, ведущая в бездну и в Небесный Сад.

И уж подавно я не понимал, куда мне деваться. Хотел демона зарубить – а не смог. Чем поможет господину эта моя выходка? Завтра его всё равно скормят зверю, останусь ли я тут навсегда, в сером тумане, вернулись ли к нему в горницу. Обманул меня всё-таки старикашка, взял на жалость. Надо было рубить. Хотя… Ну, раскроил бы я дедушку, снёс бы голову, и валялся бы он в кровище. Да только тому, кто уже помер, это не смерть, а так, неприятность мелкая. Раз уж определили ему в этой берлоге ждать Последнего Суда – никуда он отсюда не денется. Не изменит же меня ради Творец Изначальный Своих замыслов!

И вновь мысли мои на старичка вернулись. Демон… ха! Старый, жалкий, трусливый. Вот те, на кого он намекал, гости его – наверняка настоящие демоны и есть. И договор его подучили заключить не просто же так, а с хитрой целью. Разве не читал я, братья, про повадки демонские? Сразу две души загубить хотели – и господина Алаглани, и старичка лишить всякого оправдания на Последнем Суде.

И задумался я – а хочется ли мне того, чтобы был он оправдан? Или за мою боль, за боль Хасинайи с Дамилем… и многих прочих… надо ему в преисподней гореть чёрным огнём? Так будет справедливо? Но я же не хочу ему такого удела! И никому не хочу! Жалко же! Пусть сто раз гады, мерзавцы, а жалко. Всех их жалко, уходивших по дороге вниз – и семёрку ночных, и похотливого дворянчика, и господина Арахиля… и даже дядюшку Химарая жалко. Разве порадуют моё сердце их мучения?

Но и то я понимал, что Небесного Сада они недостойны. Душонки мелкие, пустые, лопнут там, как бычий пузырь в огне. Куда ж их девать? Не могу я так, чтобы они мучились, рвёт сердце жалостью, но что остаётся-то?

И тогда упал я вниз лицом, и закричал. Не голосом, не как со старичком говорил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.