Около кота стр. 87
В конце концов Изначальный Творец снизошёл до неё, и по случайности взял её в услужение один горожанин. Стирать, гладить… Но безумие девочки так и не прошло – вечно помнила она лицо своего отчима. Лицо его, и руки… и всё остальное… Он приходил к ней во сне, его лицо она могла увидеть и наяву – в лице любого мужчины, пусть даже и мальчишки младше её годами. Ей втемяшилось в голову, что отчим ищет её, хочет забрать назад. Занятная история, Баихарай?
Купец молчал и был бледен даже не как полотно – как первый, чистейший снег.
– Тебе, наверное, интересно узнать, чем закончилась эта занятная история? К сожалению, не дано человеку предугадать все пути Высшей Воли. Спустя три года тот селянин, который уже выбился в купцы и жил в городе, явился по делу к тому самому горожанину, взявшему Хасинайи в служанки. И девушка его увидела. Понятно, она вообразила, что отчим явился за ней, а хозяин, несомненно, уважит его законное требование и вернёт её на новые страдания. И потому решилась разом окончить все свои ожидаемые муки земные. Помутившись умом своим, не думала она в тот час о муках вечных. И задуманное свершила. Вот такая история, Баихарай. Нравится ли тебе?
Купец молча сидел. Кажется, у него отнялся язык.
– Она лежит за несколько комнат отсюда, Баихарай, – голос господина теперь был усталым. – Ты не хочешь последний раз на неё взглянуть? Нет? Ну и ладно. Ей тоже бы не хотелось, чтобы ты испачкал своим взглядом её тело. Пускай даже мёртвое тело. Но ты жив. Как думаешь, это правильно?
Купец молчал. Какое-то бульканье всё пыталось сорваться с его губ, но так у него ничего и не выходило.
– Что до меня, – продолжал господин, – то я считаю это правильным. Жизнь нам даёт Изначальный Творец, и никто, кроме законного человеческого суда, не вправе её отбирать даже у такой мрази, как ты. Что же касается законного суда, боюсь, с этим были бы трудности. У тебя столько знакомых среди Стражи, среди судейских… и так трудно было бы доказать обвинение… Поэтому радуйся, Баихарай. Ты избежишь суда законного. Может быть, избежишь и суда Изначального Творца. Тут мне понять трудно, Творец мне о Своих намерениях не докладывает. Но ты не избежишь моего суда. А я… – тут господин сделал паузу… – Я обрекаю тебя на жизнь. Ты будешь жить долго, Баихарай. У тебя нет и не было никакой зелёной гнили. Зато у тебя теперь есть чёрная гниль. Только что ты выпил снадобье – а точнее, яд. Чёрная гниль по своим
проявлениям, чтоб ты знал, очень похожа на зелёную. С одной лишь разницей: от неё не умирают. Ты, может, проживёшь ещё полвека – но все эти годы будешь мучиться, невидимая крыса станет грызть тебе то, чем ты надругался над девочкой. Ни один лекарь не поможет тебе. Сегодняшней же ночью у тебя начнутся боли, и никакое снадобье не сумеет их облегчить. Боль доведёт тебя до границы беспамятства, но ты так и не перейдёшь эту границу, ты будешь страдать, пребывая в сознании, помня, за что терпишь кару. Ты будешь молить Изначального Творца о смерти – может, Он и сжалился, но я бы на