Операция «Пепел» стр. 282
отвинтил, глянул – нет, опасно, и сразу не возьмешь, мало ли как получится. Да и нужна мощная четырехгранная отвертка, а где ее достанешь?
– Сейчас выйдем в тамбур, ты быстро разгребешь уголь и закопаешь слитки, – тихо говорила Елена. – Я тебя подстрахую.
И они двинулись в рабочий тамбур.
Проводница Рита возилась у своего кипятильника.
Брикеты разгорались плохо, и она ворчала себе под нос, ругала кого-то.
Пока Елена стояла на стреме, подпирала задницей дверь из вагона, Бульбаш довольно быстро раскопал в угле ямку, сунул слитки-контейнер в уголек, присыпал сверху дровишками и вопросительно глянул на супруженцию: ну как? вроде бы все в порядке?
– Я уйду, а ты постой, покури, – велела она.
Вернувшись в купе, Бульбаш по команде Елены забрался на самый верх, под потолок, в нишу-полку, и затих там, закрывшись свободными матрацами. Из коридора теперь его видно не было.
Елена, перетянув горло полотенцем, тренировалась говорить хрипло, измененным голосом.
Они думали, что беда их уже миновала.
И ошибались.
По вагонам шел Настоящий Полковник. Во главе «милицейского наряда». Который выборочно проверял у пассажиров документы.
У Котляра сохранилось старое, с гербом МВД, удостоверение. Его-то он и показывал всем желающим на секунду-другую. В руки не давал. Называл свою подлинную фамилию, звание, но эдак невнятно, не понять, а переспрашивать кто станет? Никто. Котляр знал психологию российского обывателя, ею и пользовался.
За спиной Настоящего Полковника маячили «лейтенант» Колун и «младший лейтенант» Мормышка.
Самозваный наряд заглядывал во все купе без исключения.
Настоящий Полковник шерстил поезд профессионально.
Охотник приближался к своей добыче.
Глава шестнадцатаяЗасадаСидеть в такой засаде – одно удовольствие: чистенькое купе, быстро идущий поезд, приятные попутчики, дразнящий запах свежезаваренного чая.
Лисицын, Шкабрин и Князев, известные уже нам оперы, разместились в том же, одиннадцатом вагоне, что и Совок, только в разных купе. Лис настоял перед начальником поезда Жилетовым, чтобы тот дал им места именно в этом вагоне, а главное – держал бы язык за зубами, никому бы даже не намекнул, что в одиннадцатом едут оперативники транспортной милиции и ФСБ.
Разумеется, оперы просто так о молчании предупреждать не будут, в поезд они заскочили не прокатиться.
Из-за присутствия оперативников Жилетов чувствовал себя неуютно – незнакомые милиционеры мешали ему, их присутствие настораживало: а зачем, собственно, они сели в его поезд? Ведь в поезде есть уже наряд из двух милиционеров, они сделают все, что надо, а в случае чего он, Жилетов, может вызвать по рации подмогу, и уже на следующей станции поезд будет ждать усиленный наряд милиции с воронком и собаками…
Но – странное дело – этот опер предупредил: поездному наряду о нашем присутствии не сообщать. Если они нам потребуются, мы их сами задействуем.
Странно. Какие-то тайны, секреты… Ладно, не его это, начальника поезда, дело. И едут эти оперы до Ярославля всего лишь.
А оперативники, о которых между делом раздумывал Жилетов, работали – ни на минуту не выпускали из поля зрения Совка, Александра Чувырлина. Тот ехал в самой середине вагона, на семнадцатом месте, следить за этим купе было удобно – и из коридора, и из соседнего купе, где сидел Князев.
Конечно, Совок «не знал» никого из оперативников, ни с кем из них не разговаривал, закурить у