Библиотека

Орден бесогонов стр. 153

Размер шрифта
-
+
Тема

Оплакиваемый родственниками мертвец перевернулся в гробу со спины на бок, вывернув шею, только чтобы посмотреть на профиль моего добермана. Брачующиеся жених и невеста резко оторвались от горла друг друга, чтобы воочию сравнить собственные клыки с клыками моего пса. По любому раскладу это дело было не в их пользу. Остальные просто замерли, как в финальной сцене бессмертной пьесы Гоголя. Я имею в виду «Ревизора».

— Тео и Гесс! — громко объявила Якутянка, сбрасывая роскошную шубу на пол и оставаясь абсолютно голой, кроме высоких ботфорт и алмазов в серебре на белом теле.

С трудом выровняв дыхание, я подумал, что у неё, видимо, самая совершенная из всех женских фигур, которые мне только доводилось видеть как в реальности, так и в мировом искусстве. Да, мы образованный народ, на факультете философии учат всему, а мировая история искусства теснейшим образом связана с культом обнажённого человеческого тела.

Скорее всего, я бы ассоциировал Якутянку с греческой мраморной скульптурой, допустим, той же Афродитой Каллипига. Разве что талия немного более выражена и волосы куда длинней. Надеюсь, дополнительных пояснений не требуется, поскольку у меня на данный момент есть и чуточку более важные задачи по жизни. Не бледнеть, не тошниться, выжить. Как-то так…

— Место почётным гостям!

Люди (бесы) в зале тут же расступились, являя нашим взорам ряд столов, расположенных буквой «Н», причём половина была занята шумной свадьбой, а напротив них скорбели друзья и родственники покойного. Средний стол, так называемая планка в букве «Н», и была предложена нам для переговоров. С одной стороны сели мы с Гессом, а напротив — Якутянка.

— Уверены, что не хотите чего-нибудь выпить? Хорошо, перейдём сразу к делу.

Она щёлкнула пальцем, и вокруг нас образовался непроницаемый щит тишины. Шум, визг, хохот, пьяные песни, тоскливый вой, скрежет зубов, перестук копыт, звон стаканов — всё исчезло. Нас словно бы накрыло хрустальной гибкой чашей, толпы празднующих и скорбящих сомкнулись в единой пирушке, и я

понял, что имелось в виду под «тихим разговором в шумном местечке».

Единственное, что беспокоило меня на данный момент, так это этическая (физиологическая!) невозможность спокойно говорить с обнажённой женщиной. Я же не монах, но в последний раз, так сказать, интим у меня был в прошлом году, поэтому… уф…

— Не бойся, мальчик мой, он уже пришёл.

— Кто он? — Волевым усилием мне удалось сконцентрировать взгляд на её глазах. Именно на глазах, честное слово!

— Тот, кто обладает достаточной властью для переговорного процесса. А я и ты — мы всего лишь инструменты. Согласен?

— Возможно. — Я уклонился от ответа. — Итак, продолжим?

Якутянка явственно вздрогнула всем телом, её взгляд потускнел, чёрные глаза вдруг стали совершенно белыми, под кожей вспыхнули синие жилы, а грудь перестала вздыматься при дыхании. Она с хрустом повернула голову, а из приоткрытых губ послышался незнакомый бас:

— Фёдор Фролов, бывший гот по кличке Тео, а ныне бесогон, доставляющий хлопоты. Поговори со мной.

— Простите…

— За что? Твоим поступкам нет прощения, но речь ведь не о пролитой крови или низких бесах. Попробуй мыслить шире.

— Кто вы?

— Тот, чьё имя нельзя произносить вслух.

— Волан-де-Морт, что ли?

Окаменевшее лицо Якутянки исказила такая ужасная гримаса, что я не сразу понял — это была попытка улыбнуться.

Гесс тоже не смог долго

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.