Оскал Анубиса стр. 78
вздохнул:
— Повторяю для умственно отсталых. Сегодня вечером мы с тобой должны будем встретиться с одним человеком, который отведет нас к тому, кто торгует действительно стоящим товаром.
— Стоящим товаром?
— Ну да, настоящими артефактами, не гипсовыми.
— Kruto, blin.
— Ну а я о чем, — усмехнулся Миша, нервно поглядывая на часы.
— Секундочку, — спохватился Покровский, — а каким образом тебе удалось договориться об этой встрече?
— Очень просто, — ответил Гурфинкель, тщательно инспектируя содержимое своего бумажника, — я получил письмо.
— Какое еще письмо?
— Да вон, на столике у кровати лежит, до востребования, мне его портье принес.
— Подожди, что-то я не совсем vrubilsa. — Бумба тщательно наморщил широкий лоб, демонстрируя напряженную работу мыслей. — Лажа какая-то получается.
— Почему “лажа”? — обиделся Гурфинкель. — У нас первое серьезное дело намечается, а ты “лажа” говоришь.
— Да мало ли кто мог это письмо прислать, — разозлился Покровский. — Да и откуда им знать, что нас интересуют египетские древности.
— А они твою любимую майку со сфинксом увидели и сразу все поняли, — пошутил Миша, застегивая кожаный бумажник.
Денег, по его подсчетам, должно было хватить на парочку небольших артефактов. Остальную наличность Гурфинкель держал в загашнике, в камере хранения гостиницы “Винтер Палас”, где жила Бетси МакДугал, которая и предоставила Мише надежный ящичек.
В принципе наезды Бумбы на приятеля были вполне обоснованны, просто Гурфинкель не хотел посвящать Эндрю во все тонкости своей хитроумной тактики, направленной на выявление алчных торговцев древностями. Письмо с предложением о выгодной встрече Миша получил не зря. Перед этим он усиленно распускал в отеле “Марсам” слухи о том, что он является представителем известного лондонского музея, скупающего египетские древности для новой экспозиции, посвященной Долине Царей. К шейху Хусейну Абд эр-Махмуду часто захаживали люди, так или иначе связанные с укрывателями краденого, и Миша буквально прожужжал им все уши, угощая каждого встречного и поперечного за свой счет холодным пивом. Разумеется, местного производства.
Тактика, конечно, была, скажем так, идиотской, но тем не менее она сработала, принеся довольно быстрые плоды в виде анонимного письма.
Гурфинкель был на седьмом небе от счастья, хотя своей природной бдительности не терял.
— Ну ладно, — приуныл Бумба, грустно почесывая бритый затылок, — не хочешь говорить, ну и не надо.
Гурфинкель демонстративно чистил щеточкой свой серый деловой пиджак.
— Но на сколько тебе strelu zabili, ты можешь сказать? — с раздражением спросил Покровский.
— На двадцать два часа тридцать минут, у входа в отель.
— А как это чмо выглядеть будет?
— В руках он должен держать свежий номер “Плей-боя” с Памелой Андерсон на обложке или с похожей бабой, ну а зовут его вроде как Абу Зеед.
— Кто? — не понял Покровский. — Арбузоед? Миша показал приятелю на голову:
— Кончай трепаться, уже половина одиннадцатого. И действительно, на часах уже было 22:30. Охотники за древностями проворно спустились в холл гостиницы, а оттуда осторожно вышли на улицу.
— О, гляди, Арбузоед, — прошептал Бумба, указывая на какого-то задохлого вида араба в не очень опрятной галабее.
Араб явно нервничал, воровато зыркая по сторонам.
— Да нет, вряд ли это он, — презрительно фыркнул в сторону странного индивидуума Гурфинкель.
— Да говорю тебе — он, — настаивал Покровский, — смотри, и журнал в руках держит.
Приятели подошли ближе.
Араб действительно держал в руках красочный журнал с яркой обложкой, на которой был изображен