Особое задание стр. 156
на него взошел человек. Вот он подошел к перилам моста и, опершись на них, что-то долго и внимательно высматривал. Казалось, что этот человек просто вышел подышать ночной прохладой реки.
Наконец он повернулся и быстро пошел обратно в степь.
Вслед ему из-под моста раздался крик шакала.
Едва утих этот крик, как возле старика появилось несколько человек.
— Брать будем с этого места, — сказал старик. — Отсюда бросать аркан удобнее.
— А может, ата, вернее будет оглушить пришельца палкой? — проговорил один из группы. — Так будет вернее. Темень, хоть глаз выколи. Арканом промахнуться можно.
— А ты когда-нибудь видел, чтобы Дурды промахивался? — проворчал в ответ старик.
…Конь вынес всадника на мост. Рядом со стременем шел человек. На середине моста они остановились.
— Ну вот и миновали все преграды, — тихо проговорил пеший. — Теперь можешь дать повод коню. Прощай!
Всадник не успел даже ответить. На его плечи молнией метнулся аркан, сильная рука выдернула его из седла. Миг — и всадник, словно мешок, свалился в воду.
Это произошло настолько неожиданно, что пеший остолбенел. Придя в себя, он кошкой кинулся к коню. Но повода поймать не успел: сильные руки схватили его за плечи и прижали к мосту.
Утирая пот и воду с лица и бороды, Дурды победно осмотрел недавнее место схватки и, обращаясь
к одному из туркмен, сказал:
— Саид! Этого, — и он указал рукой на мокрого всадника, — вали на седло и срочно доставь к начальнику. Да проверяй по дороге его затычку, а то заорет еще, стервец! А этого тащите ко мне во двор.
Утром председатель Ташаузского ревкома прибежал к Мелькумову.
— Яков Аркадьевич! Принимайте срочные меры: мой заместитель Кочкораев ночью пропал. Искать надо!
— Искать будем, — ответил Мелькумов. — Я уже дал команду по всем разъездам, сообщил его приметы. Найдем вашего заместителя, успокойтесь. А что это он вздумал гулять по ночам? Не спится?
— Это его привычка. Я его не раз предупреждал, что такие прогулки могут окончиться печально. Кочкораев только смеялся в ответ. Вот и досмеялся! — вздохнул председатель.
Несколько часов длился словесный поединок Четвертакова с ночным гостем, захваченным на мосту. Не зная, чем располагают чекисты, Макензи искал наиболее убедительный аргумент для своего путешествия.
— Я занимаюсь саранчой, — упорно твердил разведчик. — Я ученый-энтомолог. Наша станция находится в Иране. Мы работаем в тесном контакте с русскими учеными, которых также интересует саранча. На вашей территории оказался случайно. Увлекся погоней, преследуя новый вид саранчи. Это случается и с вашими учеными, которые забредают на территорию Ирана. Ведь не судить же за это?
— Наши ученые посещают Иран не тайно, а с разрешения властей. И в Иране, если они туда прибывают, встречаются с людьми, имеющими отношение к науке, а вы устраиваете встречи с людьми, не имеющими никакого отношения ни к науке, ни к саранче. Да и Кочкораев показал совсем другое…
— Какой Кочкораев? Это имя мне неизвестно. Зачем вы пытаетесь впутать меня в какую-то темную историю!
— История действительно темная, мистер Макензи, но тень наводите вы. Пора кончать ломать комедию. Я могу рассказать вам, кто вы, откуда и с какой целью прибыли в Туркмению. Но это лишняя трата времени. Могу только уверить вас, Макензи, что «Интеллидженс сервис» придется искать другого шпиона.
— Это еще нужно доказать, что я