Остров безветрия стр. 13
был в этом музее смотрителем.
Смотритель
Только сейчас, в музее, Максим понял, как он замёрз.
Он ходил по залам и, задирая голову, глядел на одномоторный самолёт-амфибию с лыжами. Самолёт мог сесть на лёд, а мог и на воду. Потом останавливался у палатки, героической — папанинской, впервые в истории человечества поставленной на Северном полюсе. Потом у макетов знаменитых ледоколов. Правда, в те минуты ему было всё равно, где стоять, где ходить — лишь бы скорей согреться. Он заметил в нише батарею, но тепло оттуда шло едва-едва.
Он слышал, как куда-то, снова громко вздохнув, протопал в своих валенках старик, потом в зал спустились по лестнице двое смеющихся людей и пошли к выходу. Но Максиму было не до них.
Он продолжал трястись от холода, дрожь эта шла изнутри, и её было никак не остановить.
Неожиданно сзади него оказался старик. Он положил Максиму на плечо руку и проговорил тихо:
— Пойдём, парень, чаю с халвой попьём?
Максим ещё не успел отказаться, а смотритель его уже легонько подталкивал:
— Пойдём, пойдем.
Так они познакомились.
Смотрителя звали Матвей Петрович. Они сидели в маленькой комнате за столиком, друг против друга, рядом стоял чайник, халва, сушки, две чашки в красный горошек. Они размачивали сушки в горячем чае, и Матвей Петрович учил Максима пить чай из блюдца.
Нынче совсем отвыкли от блюдец, все из чашек пьют, а из блюдца теплее чай, потому что пар лицо согревает и душу.
Максим и в самом деле стал согреваться. И не хотелось ему никуда уходить из этой узкой комнаты, где только диван, шкаф да столик. Сидеть бы так в тепле да прихлёбывать чай из блюдца в красный горошек.
— Ты, Максим, в музей ради интереса пришёл или от безделья какого? — спросил смотритель.
И Максим испугался: вдруг старик рассердится и выгонит, если сказать, что погреться.
— Ради интереса, — выговорил он с трудом.
— Ну-ну, ты не смущайся. Интерес штука
великая, с него все мировые открытия идут, — успокоил его старик.
В музей вошла группа молодых солдат, их привели на экскурсию, и Матвей Петрович пошёл на пост. А Максиму велел сидеть в комнате, доедать халву и читать книгу Нансена, если он в ней что-нибудь поймет.
Книга называлась «"Фрам" В Полярном море».
Максим не догадывался тогда, что с этой книги начиналось увлечение Арктикой у многих знаменитых полярников, он просто открыл её и стал читать предисловие.
И узнал, какой великий человек этот Нансен.
Великий Нансен
Сначала Нансен решил пересечь ледники Гренландии на лыжах.
Многие называли его сумасшедшим: в центре этой огромной заледеневшей земли никто никогда не был и не знал, что там находится. «Нансен мог бы найти более лёгкий способ самоубийства», писали газеты. Но мало кто знал, что молодой учёный-зоолог был чемпионом по лыжам в своей местности и умел предусмотреть в пятнадцать раз больше случайностей, чем могло произойти.
С несколькими товарищами он высадился на пустынном берегу Гренландии.
По другую сторону земли лежало селение эскимосов. Нансен достиг селения через полтора месяца, опоздал к последнему пароходу в Европу и остался у эскимосов на зимовку. Лишь в конце мая он прибыл на родину, в Норвегию. Его провожали как безумца, а встречали — как героя.
Теперь он