Остров спокойствия стр. 148
дивана и подошел к окну. Скульптура стояла у него перед глазами, и он вспомнил, когда она восхитила его, как Сиси рассказывала о выставке, о том, что она почувствовала, когда ее увидела.
– Натали, ты же знаешь, как много она значила для твоей бабушки и сестры.
– Я случайно! Я не хотела.
Он вернулся, снова сел, взял ее за руку.
– Натали, я тебя знаю. Ты не все мне рассказываешь.
– Ты тоже на ее стороне?! – Она попыталась высвободить руку, но он держал ее крепко.
– Я внимательно слушаю, но не скрывай правду.
– Я пришла сюда не спорить с тобой. Я пришла сюда не для того, чтобы ссориться из-за Симоны. Опять.
– Мы не ссорились из-за Симоны. Мы ссорились, потому что ты не сказала мне правды. Ты сказала мне, что твоя сестра не сможет приехать на наше торжество, потому что слишком занята.
– Она была где-то на западе, поэтому я и предположила…
– Мы юристы, – перебил ее Гарри. – Мы оба знаем, как использовать полуправду и игру слов. Не надо на мне упражняться. Что случилось сегодня?
Натали по-настоящему испугалась и вновь вцепилась в его рубашку.
– Я не выдержу, если ты будешь против меня!
Он нежно обхватил ее лицо руками.
– Этого никогда не случится. Но давай будем откровенны друг с другом. Честны друг с другом.
– Мои родители… Мама расстроена, потому что папа после вечеринки дважды ездил на остров.
– Твоя мама расстроена, потому что он общается с твоей сестрой?
– Ты не понимаешь! Симона презирает мою мать, она неблагодарная. После всего, что они для нее сделали, она бросила колледж и сбежала в Европу.
Гарри слышал все это раньше и набрался терпения.
– Похоже, правильно сделала. Если и есть проблема, то она между твоей матерью и сестрой. Это не твоя проблема, Натали.
– Я люблю маму.
– Конечно. Я тоже. – Он улыбнулся, поцеловал ее. – Горошины в стручке. Ты ходила к ней, чтобы поговорить – или чтобы поссориться?
– Я юрист, – бросила в ответ Натали. – Я пришла спокойно поговорить, а потом она…
Он терпеливо смотрел на нее, и она почувствовала себя виноватой.
– Да, это неправда. Я шла с лучшими намерениями, но к тому времени, как я добралась до острова, я была в ярости. Я сама начала. Я сама. О боже, Гарри, я ужасный человек.
– Не говори так о женщине, которую я люблю. – Он крепко обнял ее, любя Натали как за недостатки, так и за совершенство. Просто любя. – Подожди минутку, милая. Я позвоню, чтобы отменить наши планы на ланч.
«И осмотр дома», – подумал он.
– Я забыла. Совсем забыла.
– Ничего, перенесем встречу на другой день. Потом я налью нам обоим вина, и мы все обсудим. Разберемся, милая.
– Я люблю тебя, Гарри. Я правда тебя люблю. – Она цеплялась за него, не выпуская.
– Взаимно.
– Я хочу, чтобы виновата была она. Я хочу на нее злиться. Так проще.
– А я вот вижу твое красивое лицо, слезы… И не думаю, что так проще.
Сиси установила мольберт в патио. Лето пролетит и не заметишь, каждый день на счету. Она продолжила работу по одной из фотографий Симоны. Женщина в красной шляпке разглядывает помидоры в корзинке на уличной ярмарке, а сморщенный старичок за прилавком ей улыбается. В версии