Библиотека

Остров спокойствия стр. 175

Размер шрифта
-
+
Тема

– Действительно давно.

– Как поживаешь?

– А как я выгляжу? О, не стесняйся! Восемь операций за семь лет. Прибавь годы речевой терапии, немного кровоизлияний в мозг. Полностью реконструированное левое ухо, – добавила она, постучав по нему. – Конечно, я им не слышу, но нельзя желать всего сразу.

– Мне жаль…

– Жаль? Этот гребаный ублюдок выстрелил мне в лицо! Врачам пришлось собирать его по кускам. А ты ушла без единой царапины, не так ли?

Ничего подобного.

– Однако и годы спустя все только и говорят, что о храброй, сообразительной Симоне Нокс, которая спряталась и вызвала помощь. Пока я с разбитым лицом лежала под своим мертвым парнем.

Симона не хотела этого видеть – не хотела видеть вспышки выстрелов. Не хотела слышать крики.

– Мне очень жаль, что тебе пришлось через такое пройти.

– Ты не знаешь, через что я прошла! – Голос Тиффани стал громче, обвисшее веко над левым глазом задергалось. – Я была красивой. Я была популярной. А ты была никем и ничем. Тебе просто повезло, а тебя называют героем. Как думаешь, почему люди покупают то дерьмо, которое ты лепишь?.. Тебе жаль? Ты должна была умереть! Я ждала двенадцать лет, чтобы тебе это сказать.

– Теперь сказала.

– Этого все еще недостаточно. Никогда не будет достаточно.

Тиффани выбежала прочь, а Симона вернулась в кабинку, и ее вырвало.

Когда она вернулась к столу, мать и сестра смеялись, сдвинув головы.

– Извините. Мне нужно уйти.

– Мы только что заказали десерт! – Натали взяла ее за руку.

– Мне жаль. – Сколько раз за сегодня она это произнесла?

– Только из-за того, что мы не согласились, не стоит… – Фраза Тюлип оборвалась на полпути. – Симона, ты белая как полотно.

– Я плохо себя чувствую. Я…

Тюлип быстро встала и обошла стол.

– Сядь. Посиди минутку. Я принесу воды.

– Не надо… – Ее руки дрожали. – Правда, мне нужно идти. Подышать воздухом…

– Да. Свежий воздух. Натали, останься здесь. Я провожу Симону на улицу. – Она обняла дочь за талию. – Заберем одежду в гардеробе. Номерок у меня.

Тюлип взяла их одежду, помогла Симоне надеть куртку.

– Возьми мой берет. Зря ты ходишь без головного убора. – Она вывела Симону в празднично украшенный внутренний дворик. – Теперь расскажи мне, что случилось.

– Ничего. Просто голова болит.

– Не лги. Думаешь, я совсем не знаю собственного ребенка?

– Извини. Ты права. Мне нужно пройтись. Подышать.

– Мы пройдемся. И ты расскажешь мне, что произошло.

– В туалете. Тиффани Брайс…

– Мы ее знаем?

– Я ходила с ней в школу. В тот вечер она была в кинотеатре.

– Ах да, я помню ее мачеху. Ей… гм… пришлось очень тяжело.

– Да. Она мне сказала.

– Я знаю, что тебе тяжело слышать напоминания…

– Она винит меня.

– Что? – Тюлип машинально пригладила волосы, растрепанные ветром. – Не может быть.

– Винит. Ей выстрелили в лицо. А со мной ничего не случилось.

– Это со всеми случилось, независимо от того, получили ли мы физические травмы. Со всеми нами. – Тюлип взяла дочь за руку. – Что она тебе сказала, дорогая?

– Перечислила мне свои травмы, обвинила меня в том, что я осталась невредима. И заявила, что я должна была умереть. Что она хотела, чтобы я умерла.

– Как бы она ни пострадала, она не имела права так говорить! Она могла умереть, если бы ты вовремя

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.