Остров спокойствия стр. 395
Когда бы Патрисия ни приехала, на чем бы она ни приехала, они сумеют ее остановить. Не дадут ей оставить шрамы на своем острове.
Рид щелкнул пальцем по козырьку кепки и встал, чтобы проинформировать сотрудников.
Барни, зажав в зубах любимую игрушку, последовал за ним.
Симона ходила вокруг скульптуры, выискивая недостатки и возможности для улучшений. Последние несколько дней она корректировала детали: что-то срезала, что-то разглаживала и аккуратно наносила на глину растворитель, чтобы удалить следы инструментов. Известно, что в погоне за совершенством художник может без конца убирать, добавлять, соскребать и разглаживать – и уничтожить душу своего произведения. Поэтому она отложила инструменты в сторону, вышла и с лестницы окликнула Сиси, зная, что та сидит внизу с утренним кофе.
– Сиси, можешь подойти и еще раз взглянуть на Рида?
– Я всегда готова взглянуть на Рида. Ты не давала мне смотреть на него несколько дней – накрывала его тканью, даже когда приходили Хэнк и Эсси.
– Он не был готов. Теперь он готов, но я никак не прекращу искать огрехи и что-то подправлять. Останови меня. Или скажи, что надо продолжать работу.
Сиси вошла в студию, перекинула длинную косу за спину и внимательно, со всех сторон осмотрела скульптуру. Фигура высотой около шестидесяти сантиметров стояла на основании, которое Симона сделала в виде куска грубого камня. Она поймала то движение, которое планировала – в полувзмахе, две руки сомкнуты на рукояти меча над левым плечом, туловище повернуто от бедра, правая нога чуть впереди левой. Волосы, в беспорядке вьющиеся, казалось, взметнулись от движения. Лицо воина выражало холодную решимость. За его левой ногой стоял Барни, подняв голову и глядя с надеждой и доверием.
– Боже, он великолепен! – заявила Сиси.
– Ты про Рида или про скульптуру?
– Про обоих. Симона… великолепно! Твой «Защитник» потрясающе хорош. Больше ничего не меняй. – Она провела пальцем по тонкому шраму. – Идеальное несовершенство. Реальность. Мужчина. Человек.
– С каждым днем эта скульптура становится для меня все важнее. И самое главное, я хочу отлить ее из бронзы.
– Да. Да. – Сиси повернулась, обняла Симону за талию. – Ты позволишь ему увидеть глиняную модель?
– Нет.
– Хорошо. Пусть подождет.
– Она уже подсохла. В душе я чувствовала, что она готова. Я могу взяться за слепки.
– Не буду тебе мешать. Моя талантливая девочка! Получится шедевр.
– Ну, приступим, – пробормотала Симона, оставшись одна.
Она взяла кисть и латексную смесь, сходила за бутылкой воды, включила музыку – плейлист Сиси в стиле «Нью-Эйдж». Успокаивающие арфы, колокольчики, флейты.
Кистью нанесла смесь на глину. Нужно было покрыть каждый миллиметр скульптуры и не допустить образования даже малейших пузырьков
воздуха. Требовались внимание и терпение.
Теперь она великолепно знала все его тело – длину туловища, линии бедер, точное расположение шрамов.
Закончив, Симона отступила на шаг, чтобы посмотреть, не пропущен ли какое-то крошечное место. Затем помыла кисть, убрала смесь на полку.
Дальше потребуется еще больше терпения. Следующий слой она нанесет завтра утром, потом еще один. Всего нанесет четыре слоя, прежде чем приступит к гипсовому слепку.
Когда гипсовый слепок высохнет, она удалит его и срежет с глины латекс. Так она получит «негатив», в который зальет воск для изготовления копии.
Симона решила дождаться, когда будет готова восковая копия, прежде чем бронировать литейный цех