Острова во времени стр. 129
пределы поляны и застыли в ожидании. Тынак с целителем заговорили одновременно, потом по очереди, сыпля отрывистыми словами, среди которых Полли ничего не могла разобрать.
– Помедленнее! – потребовала она. – Пожалуйста, говорите помедленнее.
Они попытались говорить медленнее, но все равно Полли улавливала только отдельные слова и обрывки фраз. Они повторяли одно и то же снова и снова, пока до нее не дошло, что они хотят знать, правда ли, что она, богиня, бессмертна. Если ее положат на алтарь и возьмут ее кровь, чтобы добавить силы целителю, умрет ли она насовсем или же потом воскреснет, как положено богине?
Полли развела руками:
– Я смертна, так же как и вы. И когда я умру, я умру точно так же, как любой другой человек.
Поняли они или нет? Оба, хмурясь, уставились на нее, так что Полли попробовала еще раз:
– Это тело – оно смертно. Если вы заберете мою кровь, мое тело умрет.
Целитель взял ее руки в свои. Руки у него слегка дрожали. А вот когда он держал руки над Закари, они порхали, как бабочки, но не дрожали ничуть. Целитель внимательно осмотрел ладони Полли, потом тыльную сторону кистей, потом опять ладони.
– Ты в самом деле веришь, – спросила она, – будто моя кровь даст тебе достаточно силы, чтобы исцелить сердце Закари? Ты же целитель. Ты правда веришь, будто тебе нужна моя кровь?
Конечно, она знала, что целитель не поймет ее, но все равно спросила. Он покачал головой. Глаза у него были грустные.
И тут вдруг Полли осенило. Она достала из кармана анорака золотой ножичек Анараль и раскрыла его. Сделала небольшой надрез у себя на предплечье и протянула руку целителю так, чтобы виднелась кровь, сочащаяся из ранки:
– Это подойдет?
Целитель дотронулся пальцем до капли крови, понюхал, лизнул…
– Этого мало! – вскричал Тынак. – Мало!
Полли по-прежнему стояла с протянутой рукой, однако целитель покачал головой. Девушка вспомнила, что, кроме ножичка, Анараль дала ей еще и лейкопластырь. Она порылась в карманах, нашла пластырь, вскрыла его и заклеила порез. Целитель с Тынаком во все глаза уставились на пластырь.
Но нет, лейкопластырь – не особенно впечатляющая способность. Если они перережут ей горло – они ведь перережут горло? или вырежут сердце? – никакой лейкопластырь тут уже не поможет, не остановит кровь, не вернет ее к жизни…
– Я хочу поговорить с Закари, – заявила Полли.
– За не хочет, – отозвался Тынак. – Нет говорить с тобой.
Полли произнесла с самым надменным видом, какой только сумела на себя напустить:
– Не важно, чего хочет Закари. Это я хочу говорить с ним!
Она повернулась спиной к
своим собеседникам и пошла по тропе, что вела прочь с поляны.
Путь ей преградили двое сторожей.
Полли обернулась.
– Тынак! – властно прикрикнула она.
Тынак посмотрел на целителя.
Целитель кивнул:
– Отведите к За.
Закари сидел в тени внутри Тынакова шатра. Занавеска у входа была откинула, и белые черепа блестели на солнце, подчеркивая бледность молодого человека.
– Я же говорил вам: не приводите ее сюда! – укорил он Тынака.
Тынак с целителем молча присели на корточки у входа в шатер. Полли встала напротив Закари.
– Уйди, – проговорил он, глядя в утоптанную землю.
– Закари! Почему ты не хочешь меня видеть?
– А смысл?
– Сегодня полнолуние.
– И что?
– Закари!