Отец-холостяк стр. 2
Ты ни разу не упомянула его имени!
Что ей было сказать? Она не смогла бы солгать, будто не думала, что это будет ему интересно. Она слишком хорошо знала характер сына. Игра была для него самым важным в жизни.
Как это было ни грустно, но постепенно Сьюзен приучила себя к мысли, что по части увлечений Стив пошел не в нее. Она совсем не интересовалась спортивными играми, и в свое время Тони Антонелли потратил немало трудов, чтобы заставить ее взглянуть на бейсбол его глазами.
Стив что-то сказал – что-то насчет обеда, – но она не расслышала.
– Что ты сказал, Стив?
Стив аж застонал, обиженный ее невниманием.
– Я сказал, что пригласил его к нам на обед сегодня вечером, раз уж вы оказались старыми друзьями и все такое.
– Стивен Спенсер Мак-Кормик! Не может быть, чтоб ты так поступил! – Никогда Стив не позволял себе приглашать кого-либо в дом, не посоветовавшись предварительно с нею. А тут еще из всех возможных гостей – именно Тони!
Стив понял: что-то неладно. Мать никогда не называла его полным именем. Никогда! Он точно не знал, что означает такое обращение, но не ожидал ничего хорошего.
– А что тут такого, мам?
Сьюзен больше не чувствовала головокружения. Вся кровь вновь прихлынула к голове и пульсировала
волнами страха и гнева. Она не хотела снова видеть Тони. Он был частью ее прошлого, пусть там и остается.
Но Стиву надо что-то сказать. Она чувствовала: ее реакция встревожила мальчика, ведь это так на нее не похоже. Обычно Сьюзен держалась спокойно и уравновешенно, четко контролируя свои чувства.
– Ты не должен приглашать гостей к обеду, не договорившись сначала со мной, ты же знаешь, Стив! Как ты мог так поступить!
Растерявшись, мальчик не знал, что сказать.
– Но, мам, ведь он же твой друг.
– Ну, не совсем. Просто мы были соседями в детстве.
Почему она открещивается от того, что их в прошлом связывало? Что это – самозащита? Сьюзен сделала слабую попытку приблизиться к правде:
– Ведь мы не виделись столько лет!
– Знаю. Вот я и подумал, что тебе захочется повидать его. – Стараясь задобрить мать, он добавил: – Я уже сказал Ханне, что у нас будет гость к обеду. Она, по-моему, не возражает.
– Да дело не в этом! – Сьюзен запнулась, постаралась успокоиться, взять себя в руки. – Как я понимаю, он принял твое приглашение?
Что же ей теперь делать!
– Да, он сказал, что будет к семи. Сьюзен взглянула на большой календарь, висевший рядом с письменным столом.
– Стив, а ты помнишь, что сегодня первая среда месяца?
Молчание. Затем сдавленный стон:
– Ой, мам, я забыл.
– Да, забыл. Снова молчание.
– А нельзя позвонить бабушке и объяснить, как все получилось? Я хочу сказать, мы ведь всегда к ней приходим. Неужели нельзя один разок пропустить?
– А сам ты как думаешь?
– Ой, мам, ведь я не нарочно. Честное слово! Но Тони Антонелли, мам! Может, бабушка поймет, если мы ей все объясним?..
– Нет уж, поверь мне, бабушка ничего не поймет.
В конце концов надо что-то выбрать. Хочется ли ей, чтобы Тони стало известно, что она не решается вновь встретиться с ним? Хочется ли ей, чтобы Тони догадался, как все это важно для нее,