Отец-холостяк стр. 3
до сих пор важно? Конечно, нет. С другой стороны, готова ли она еще раз обидеть мать своим «пренебрежением дочерним долгом»?
Ее молчание было слишком долгим для десятилетнего мальчугана.
– Что же нам делать, мам?
В голосе слышались отчаяние и обида. Почему он должен страдать из-за этих проблем? Ведь он и понятия о них не имеет.
– Я позвоню бабушке и спрошу, сможем ли мы навестить ее не сегодня, а завтра вечером. – (Ей смертельно не хотелось этого делать.)
– Правда, мам? Ты правда позвонишь? Вот здорово! Значит, ты придешь домой как обычно?
Не уверенная в том, что ей удастся хоть сколько-то поработать сегодня, Сьюзен рассеянно кивнула.
– Да, я приду в шесть.
Повесив трубку, она тупо уставилась на аппарат. Главное, не дать Стиву почувствовать свое огорчение. Ничего, как-нибудь переживет она этот вечер. Надо просто взять себя в руки.
Сьюзен представила себе Тони, каким она его видела в последний раз. В двадцать один год он был неотразим. И она, в свои семнадцать, была просто зачарована им. Да, к сожалению, все было именно так.
Сьюзен тряхнула головой, отгоняя воспоминания, пробужденные звонком Стива. Собравшись с духом для очередного неприятного разговора, она вновь взялась за телефон и быстро набрала номер. После нескольких гудков трубку подняли.
– Привет, Клодин, маму можно?
– Сейчас позову, Сьюзен.
Сьюзен смотрела на фотографию сына, на его победоносную улыбку, заставлявшую улыбаться в ответ. Встреча с Тони была для мальчика, возможно, самым волнующим событием, какое только можно вообразить. Она не позволит из-за собственных переживаний испортить сыну удовольствие предстоящего вечера.
– Сьюзен?
– Здравствуй, мама.
– Почему это ты вдруг звонишь?
А почему ты не дашь мне самой об этом сказать? Сьюзен, как всегда, спрятала обиду в карман и ответила:
– Звоню сказать, что мы со Стивом не придем к вам обедать сегодня вечером.
– Что за дурацкая манера сокращать благородное имя Стивен? Раз это имя носит твой отец, то, уж конечно, его может носить и твой сын.
– Да, мама.
– И что это ты там несешь про сегодняшний вечер? Ты же знаешь, что мы ждем вас каждую первую среду месяца.
– Знаю, мама. Поэтому-то я и звоню. Можно мы придем не сегодня, а завтра?
– Тебе прекрасно известно, Сьюзен, что по четвергам я хожу в клуб играть в бридж и возвращаюсь к вечеру совершенно разбитая.
– Ах да. Это просто выпало у меня из головы.
– А почему вы не можете прийти сегодня?
– Стивен, – только чуть более сильное ударение, с которым Сьюзен произнесла это имя, указывало, чего ей стоит держать себя в руках, – Стивен пригласил одного своего приятеля
на обед. Он забыл, какой сегодня день.
– Какого это приятеля?
– Почему ты спрашиваешь?
– Надеюсь, ты знаешь всех его приятелей, Сьюзен. Когда ты отказалась отдать ребенка в частную школу, я предупреждала, что тебе не удастся уследить за всеми, с кем он будет водить компанию.
Господи! Дай мне сил!
– Я попрошу, чтобы его приятель прихватил с собой родословную, и изучу ее очень тщательно, прежде чем разрешу ему переступить порог нашего дома!
– По-твоему, это смешно?
– Вовсе нет, мама.
– Вот именно. Не вижу здесь ничего забавного. И я считаю, что ты проявила явное невнимание к нам, позвонив так поздно. Клодин будет очень огорчена.
Сильно