Ох уж этот Мин Джин Хо – 8 стр. 36
вопрос, перекрывая остальных:
— Есть ли политические мотивы за этим делом? Почему ваш жених сказал, что оно связано с выборами?
Старший полицейский выглядел раздражённым и загнанным в угол, а его люди всё больше нервничали, переставая понимать, что происходит.
Бён Хо, дождавшись окончания речи Чжи, тоже поднёс микрофон к губам, начиная говорить.
— Никогда в жизни я не стремился к политической карьере, — начал он спокойно, но твёрдо. — Именно поэтому, в конце концов покинул ряды Новой консервативной партии Кореи. Моя цель всегда была другой. Защитить людей и бизнес от несправедливости со стороны бюрократической системы. Я собирался сделать это за счёт защиты прав полицейских на честную работу и выполнения ими законов. Но сегодня я вижу, что этот путь слишком долог.
Сделав секундную паузу, он продолжил:
— Именно по этой причине я согласился на предложение, которое проигнорировал бы ещё неделю назад. Глава Синего дома попросил меня ни перед чем не останавливаться и наделил меня всеми необходимыми полномочиями. С этого момента, одной из моих основных задач станет защита корейского бизнеса и борьба за его чистоту. Будьте уверены — я выполню эту работу максимально качественно и добьюсь справедливости.
По залу прошла волна перешёптываний. Бён Хо пару секунд помолчал, оглядывая присутствующих, и продолжил:
— Моя работа начинается прямо здесь и сейчас. Дело Чен Групп — первое дело в моей новой должности. Я беру его под личный контроль и могу заверить: оно будет расследовано честно и прозрачно.
Он слегка усмехнулся, бросив взгляд на своих сопровождающих, которые так и стояли в одном строю с нашей охраной.
— При этом, — добавил Бён Хо, — я остаюсь главой независимого полицейского профсоюза. Никто не сможет помешать мне защищать права тех, кто рискует жизнью ради других и бороться с произволом.
Опустив микрофон, Бён Хо поднял руку, призывая к тишине, и бросил быстрый взгляд на Чжи, намекая девушке, что та может продолжить.
Глава Чен Групп опустила руку с заблокированным планшетом, в который до того заглядывала. Скорее всего проверяла чат лидеров команд, куда я добавил её перед самой конференцией и где сейчас кипела бурная деятельность.
— Я благодарю Бён Хо за его готовность встать на сторону справедливости, — начала Чжи уверенным, эмоционально заряженным голосом, который волнами растекался по залу. — Но это битва не только тех, кто защищает людей по долгу службы, но и личная схватка для каждого, кого пытаются уничтожить.
Она сделала короткую паузу, пройдясь взглядом по журналистам. После чего продолжила:
— Чен Групп — входит в первую сотню компаний Кореи. Сегодня нас пытаются очернить, использовав закон как оружие. Людей наверху пугает сам факт того, что во главе одного из чеболей оказался честный человек. Они не привыкли иметь с такими дело и им страшно.
Лидер полицейских, за которым я внимательно наблюдал, хмуро смотрел на девушку, часто опуская взгляд на экран своего телефона. Но прервать её или вмешаться иным образом, не рисковал.
Чжи взглянула на группу стражей порядка, которые застыли островком мундиров посреди разномастно одетых журналистов, число которых постепенно росло — в зал прибывали всё новые работники прессы.
— Хочу сказать вам и тем, кто стоит за этим заговором: я не сломаюсь.