Охота на героя стр. 174
Ренкр от них совсем не ожидал.
Несколько мастеров замерли у стен и напряженно следили за тем, что происходит в коридоре. Их шарики-мо, обступив со всех сторон еще одного червенка, загоняли его в отросток. Детеныш норовил выскользнуть, но стоило ему направиться не туда, как шарики моментально срывались с места и ударялись о его нос; при этом мо вспыхивали и свод коридора наполнялся мечущимися туда-сюда тенями.
Мастера, как могло показаться на первый взгляд, стояли бездеятельно, лишь наблюдая за происходящим. Но присмотревшись, Ренкр заметил, как напряженно подрагивали нижние кончики их ушей, как выступили и медленно стекают, оставляя мягкие дорожки в шерсти, капли пота.
Четверка путников замерла, стараясь не шевелиться, чтобы не отвлекать горгулей. Лишь когда червенок оказался в отростке, Сирэм шагнул к своим собратьям, скорбно качая головой. Они опустили глаза.
— Все настолько плохо? — прошептал мастер.
— Гора умирает, — ответил тот самый толстячок, которого Ренкр запомнил еще по спору горгулей, пускать ли его наверх, к Глазу.
Остальные молча кивнули.
— Песнь? — едва слышно произнес Сирэм.
— Песнь, — подтвердил толстячок.
Ренкру стало страшно — так было сказано это слово. Мо потускнели и опустились к полу, словно им стало невыносимо тяжело летать.
Скарр растерянно посмотрел на мастеров, потом подошел тихонько к альву:
— Неужели они говорят о той самой Песне?
— О какой?
— Ты не знаешь? Потом расскажу.
Часть мастеров развернулась и ушла, остальные обступили чужаков и Гунмеля с Сирэмом.
— Вам удалось, — утвердительно сказал толстячок.
— Удалось, — прошептал Гунмель. — Только теперь я не уверен, стоило ли…
— Уверен, — промолвил толстячок. — Стоило. Просто тебе — как и нам всем
— слишком сложно смириться с мыслью, что необходимо было пожертвовать Горой, дабы спасти мир.
— Да, — выдохнул Гунмель. — «Дабы спасти мир!» О, спасители мира, радуйтесь! И пойте Песнь. И я тоже… спою…
ИНТЕРЛЮДИЯ1Горы, как и всякие живые существа, рождаются и умирают. Точно так же, как и у других живых существ, смерть горы вызывает у окружающих
скорбь. Только зачастую скорбь эта во много раз сильнее, чем при гибели любого другого живого существа.
Так или иначе, смерть горы ощущают все ее обитатели — кто-то просыпается ночью в холодном поту, у кого-то перевернется все внутри, и он не сможет несколько дней поедать камни; некоторые на пару суток перестанут светиться. Мастера в этом случае поют Песнь. Эта Песнь — целый ритуал, длящийся до тех пор, пока каждый горгуль не изольет свою скорбь; это — прощание с горой, потому что (пусть и не сразу) мастера в конце концов вынуждены будут покинуть каменного мертвеца.
Готовятся к Песне недолго, нужно лишь, чтобы все горгули собрались в Сердце горы. Там и происходит прощание. Некоторые мастера считают, что своей Песнью они помогают умирающей отойти в мир иной. При этом горгули никогда (если вы, конечно, рискнете спросить об этом у скорбящих), никогда не скажут вам, что за «мир иной» они имеют в виду. Возможно, это просто миф, а возможно…
Как бы там ни было, горгули собираются и поют Песнь столько, сколько сочтут нужным.
И некоторые пустомели утверждают, что постороннее существо, оказавшееся в этот момент рядом с поющими, умирает от разрыва сердца, не выдержав той изливающейся наружу тоски.
2— Страшная легенда! — прошептал Ренкр.
Молодой тролль кивнул и