Охота на героя стр. 370
удивлению, наверное, не только Ренкра, а и самих мастеров, прозвучала растерянность, бессильная оторопь. — Что это?!
— Ты знаешь, что это, — с нажимом, чрезвычайно властным тоном произнесла Рафкри.
Мастера удивленно вздохнули, но никто не произнес ни слова.
Сирэм покачал головой:
— Этого не может быть! Этого просто не может быть!
— Но это так! — ликующе воскликнула Рафкри, и мо Транда вспыхнуло, разгораясь, освещая лица собравшихся мягким зеленоватым светом.
Сирэм пошатнулся, но не отступил, хотя было заметно, что ему очень хотелось это сделать. Не отступил, только прищурил глаза.
— Хорошо, — кивнул он. — А теперь рассказывай.
— Стоп! — Ренкр предостерегающе поднял правую руку. — Раз уж мы стали причиной всего этого переполоха, нам и отвечать.
Сбоку сокрушенно вздохнул Хвилл: «Куда ж ты лезешь? Все так хорошо началось, еще бы чуть-чуть, и чаша сия нас бы миновала. Ах червь!»
— Отвечай, — согласился Сирэм.
Ренкр удовлетворенно кивнул:
— Начнем. — Он опустился на ближайший камень: удобный такой, плоский, словно специально предназначенный для сидения.
Рассказ занял много времени, но уже в процессе повествования альв понял, что слушатели прониклись происшедшим с ним и его спутниками. Долинщик не был уверен в том, как поступят мастера, разрешат ли они ему завершить начатое, но… Но альв не имел права позволять другим защищать его. Это — дело его, Ренкра. «Подвиг», как сказал бы Вальрон.
Во рту пересохло, спина и все, что ниже, болело, потому что сидеть приходилось прямо, дабы «не потерять лицо». Он упустил множество деталей, иначе, видит Создатель, история затянулась бы на несколько дней! И все равно закончил свой рассказ лишь поздней ночью (как не преминули подсказать внутренние звезды, высыпавшие на внутреннем небе).
Сирэм тяжело вздохнул:
— Допустим, что все поведанное тобой правда. А при чем здесь мо Транда?
Гунмель тихонько прыснул в кулак. Ренкр сдержался, хотя это стоило ему громадных усилий. Как чувствовали себя тролли, он мог только догадываться.
И честно ответил:
— Не знаю. Наверное, ни при чем.
Рафкри досадливо взмахнула ладошкой:
— Да подождите же вы! Сирэм, забудь на время о Транде, задумайся лучше над тем, что только что поведал нам Ренкр! Как быть с его рассказом?
— Не пускать их, — отрезал Сирэм. — Мы же не знаем, что произойдет, когда они вложат обломок Камня в Глаз.
Седой мастер презрительно фыркнул, отметая тем самым любые возражения.
— Кажется, ты слушал исключительно невнимательно. — Откуда только взялся у Рафкри такой строгий голос? — Им посоветовал сделать это Ворнхольд. А он знал, что все произойдет как нужно.
— Возможно, я скажу банальность. — Из толпы мастеров вышел толстенький горгуль и смущенно почесал правое ухо. — Возможно, но… гхм, кому нужно? Тут очень важно правильно учесть, так сказать, всяческие тонкости. Поэтому предлагаю обдумать все более обстоятельно и только потом решать, как быть.
Ренкр встал. Он старался унять дрожь в голосе, хотя отчаянье заполняло его доверху и норовило выплеснуться в слова:
— Но у нас нет времени! Каждый день приносит кому-то смерть, горяне гибнут из-за змей, а вы…
— Мы не можем рисковать, — развел руками толстенький горгуль. — Увы.
Чувствуя полное бессилие и неспособность продолжать спор, Ренкр опустился на камень-сиденье. Если это и не было поражением, то уж приблизило их к нему настолько, что оставался всего один шаг — до бездны.
А может, и