Оззи. Автобиография без цензуры стр. 128
запах бензина.
Секунду я не видел ничего, кроме темноты.
Следующее, что увидел, – это круглое окно слева от меня. В нем черный дым, люди бегают, держась за голову, и кричат. Я выпрыгиваю из постели – в одних старых грязных трусах – и резко открываю дверь спальни. Всюду разбитое стекло, а в крыше чертовски огромная дыра. Потом я понимаю, что автобус согнулся пополам.
Первое, что приходит мне в голову, – это что водитель, должно быть, потерял управление на автостраде и мы попали в аварию.
От едкой копоти из топлива и дыма я начинаю кашлять.
И думаю: огонь и бензин. Твою мать.
– ВСЕМ ВЫЙТИ ИЗ ГРЕБАНОГО АВТОБУСА! – закричал я. – ОН ВЗОРВЕТСЯ! ОН СЕЙЧАС НА ХЕР ВЗОРВЕТСЯ!
Паника. Ноги онемели.
Шерон кричит.
Я всё еще не протрезвел от джина. Голова пульсирует. В глазах мутно. Я ищу аварийный выход, но его нигде нет. Бегу к открытой двери в передней части автобуса, толкая Шерон перед собой. Потом оглядываюсь и ищу остальных, но все койки пусты. Куда, черт побери, все подевались? Где, черт возьми, Рэнди?
Я выскочил из автобуса и упал на траву.
Траву?В этот момент я решил, что мне снится сон.
Где дорога? Где машины? Я ждал, что увижу покореженный металл, кровь, вращающиеся покрышки. Но мы оказались посреди поля, а вокруг стояло несколько роскошных особняков, как у кокаиновых баронов. Я увидел знак с надписью «Flying Baron Estates». А потом, рядом с одним из домов, гигантский огненный шар – как в каком-нибудь фильме про Джеймса Бонда. Вот откуда шел дым. Вокруг него были разбросаны обломки. А вон то похоже на…
О, Господи Иисусе. Меня чуть не вырвало, когда я увидел это дерьмо. Мне пришлось отвернуться.
Если не считать дыма, то был ясный день, раннее утро, в воздухе висела туманная дымка.
«Где мы? Что происходит?» – повторял я снова и снова. Никогда в жизни еще не чувствовал себя таким чертовски потерянным. Это было хуже всех кислотных приходов в моей жизни. Потом я заметил что-то вроде взлетной полосы и ангара. Мимо ангара шла женщина в конном снаряжении и, как ни в чем не бывало, вела лошадь, будто все происходящее для нее вполне обычная ситуация. Думаю: «Мне приснился кошмар. Ну, не бывает такого».
Я стоял будто в трансе, а наш клавишник Дон Эйри побежал в автобус, нашел где-то маленький огнетушитель, выпрыгнул из автобуса и направил его на огонь.
Огнетушитель только без толку брызгал и булькал.
Шерон тем временем пыталась посчитать людей, но все разбрелись по полю. Показывают на огонь и рыдают.
Я стал различать в пламени остатки гаража. Казалось, что в нем находилось две машины.
Должно быть, в гараж что-то врезалось.
И, что бы то ни было, видимо, это оно пробило дыру в крыше автобуса и по пути снесло пару деревьев.
Потом Шерон подошла к Дону – «Эль-Дум-О», как мы его называли, потому что он вечно ожидал худшего, – и крикнула: «Что случилось? Скажи мне, черт побери, что случилось?» Но Дон согнулся пополам и не мог говорить. Тогда Шерон обратилась к Джейку Дункану, нашему шотландскому гастрольному менеджеру. Но он тоже ничего не мог сказать. Следующее, что я увидел, – это как Шерон сняла