Оззи. Автобиография без цензуры стр. 156
обожал быть папой. Так весело наблюдать, как эти маленькие человечки, которым ты дал жизнь, развиваются и растут. Шерон тоже очень нравилось быть мамой. Но в какой-то момент и ей хватило. Когда родился Джек, она сказала мне: «Оззи, не подходи ко мне после следующих гастролей. У меня такое ощущение, что я беременна всю жизнь и я так больше не могу».
Поэтому я пошел и сделал вазэктомию. Ощущение было очень странное.
– Вы в курсе, что это необратимый процесс, мистер Осборн? – спросил врач.
– Ага.
– Так вы уверены?
– О да.
– Абсолютно уверены?
– Док, поверьте, я уверен.
– Хорошо, подпишите эту бумагу.
После операции мои шары раздулись до размера арбузов. И ужасно болели. «Эй, док, – сказал я. – Можете дать мне что-нибудь, если не опухоль снять, то хотя бы унять боль?»
В общем, я эту операцию никому не рекомендую. После нее, когда кончаешь, оттуда выходит только какая-то пыль. Как будто сухо чихаешь. Очень странно, приятель.
Потом, спустя девять месяцев, Шерон снова задумалась. Так что мне пришлось вернуться к врачу и попросить вернуть всё обратно.
«Черт побери, – сказал он. – Я же говорил, что так нельзя. Но, полагаю, всегда можно попробовать».
Ничего не получилось. Как и сказал доктор, вазэктомия почти необратима. Может, если бы я просто очистил каналы, то всё было бы хорошо. Кто знает? Но с тех пор мы перестали пытаться завести еще детей. Пятеро детей – тоже неплохо, и я их всех очень люблю.
Они – лучшее, что есть в моей жизни, это точно.
Другая проблема вазэктомии в том, что я почему-то решил, что у меня появилась свобода делать всё, что захочу – или, по крайней мере, мне казалось, что я этого хочу, когда в жопу пьян. Но моя жена выросла в мире рок-н-ролла, поэтому чует любое вранье за десять тысяч километров. А я худший лжец в мире.
Так что она точно знала, что я задумал. Конечно, её это бесило, но она с этим мирилась. Поначалу.
Не то чтобы у меня были какие-то романы. Просто я мечтал хотя бы часик побыть Робертом Редфордом. Но эта игра мне едва ли давалась. В основном, когда я пробовал что-то замутить, деваха либо вызывала «Скорую», либо тащила меня обратно в отель на такси, пока меня выворачивало наизнанку. Начинал я вечер Джеймсом Бондом, а заканчивал куском дерьма на полу. А чувство вины после этого было невыносимое. Я от него места себе не находил. Считал себя полным идиотом. А так как я ужасный ипохондрик, то еще и обсирался от страха, что подцепил какой-нибудь редкий смертельный вирус. Я могу заразиться и через телик, поверьте. Например, принимаю какую-нибудь снотворную таблетку, потом вижу ее рекламу по телевизору, где диктор говорит: «Побочными эффектами могут быть рвота, кровотечение, летальный исход», – и я уже уверен, что нахожусь одной ногой в могиле. Дошло до того, что я вызывал врачей два раза в неделю, чтобы осмотрели мой член, просто на всякий случай.
А потом открыли СПИД.
Сначала я не волновался. Как и большинство людей, я думал, что он бывает только у геев. А я, независимо от того, насколько бывал пьян и под кайфом, никогда не думал о том, чтобы развлечься с