Падение Левиафана стр. 199
спешат ей на помощь, а какие усиливают противника. Надо было учесть запас лекарств и прекурсоров для них: понадобятся всем кораблям, чтобы не втянуться в кошмарный ульевый разум Дуарте. Надо было держать пространство колец под контролем, давая Джиму шанс предотвратить накатывающую со всех сторон катастрофу.
– Я очень, очень сердита, – сказала она. – Когда Джим вернулся с Лаконии – когда мы его вернули, – я понимала, что он ранен. Видела, что от него осталось меньше, чем было. Я думала, мы ему поможем. Что у него ранено не только тело, но и душа, если можно так сказать. Я думала, время, забота, любовь, возможно, сделают его прежним. Таким, каким я его помнила.
– Понимаю, – сказал Алекс.
– А вернуло его вовсе другое. Я увидела его прежним. Только что. Таким, каким был. В лучшей форме. И это не любовь его исцелила. И не забота. И не время. Он увидел неправдоподобно, нелепо, идиотски опасное дело, которое надо сделать и никто, кроме него, не сделает. И он взял и…
Она разжала стиснутый кулак, будто пыль с руки стряхивала.
Алекс повесил голову.
– Взял и сделал.
– Оказался на высоте положения…
У нее слезы застилали глаза, палуба переливалась радужной пленкой. Наоми вытерла глаза рукавом.
– Он такой как есть, – сказал Алекс. – Каким всегда был. Я это понимаю. У меня два брака рухнули потому, что я думал, будто изменился, вырос во что-то новое. Я даже не ошибался, но и прав не был. Джим переменился, но и остался прежним.
– Мне жаль, что его не мы вернули, а вот это.
– Так что мы можем сделать?
Наоми взглянула на свой экран. Слезы уже сохли, хотя темнота, пустота, жалость никуда не делись.
– Дадим ему все, что сумеем. Постараемся, чтобы его последний идиотский дурацкий подвиг был не зря. А там посмотрим. Надо сказать Терезе, пусть будет готова. И Амосу сказать. Возможно, будет бой.
– Я их предупрежу. Ты об этом не беспокойся.
Он развернулся к лифтовой шахте.
– Алекс?
Он обернулся, но они просто встретились взглядами. Она не знала, что хочет сказать, да и все равно он понимал ее без слов.
– Этим я займусь, – повторил он, – а ты делай свое.
Она взялась за работу, и поначалу труд показался неподъемным. Масштаб и сложность ошеломляли, но она сказала себе, что не важно, возможно или нет, главное – сделать. Начала с конкретных малых дел. «Туллус Ауфидус» – вооруженный купец с Фригольда родом – через шестнадцать часов должен был пройти врата Святого Антония. Шел ей на помощь от подполья, но после безумного погружения Амоса перестал отвечать на вызовы. Это первая проблема.
Она нашла решение: «Керр», «Вукодлак» и «Дхупа» – два лаконских истребителя и корабль снабжения, к которому подпольщики приварили торпедную установку, – его перехватят. Кто из трех выживет – присоединится к «Армандо Гвельфу» у врат Хакусэки для перехвата «Братца пса».
Она подумала, не отправить ли Трехо сообщение с просьбой о поддержке Лаконии. Сообщение будет идти до него несколько часов, столько же обратно, а пока доберутся сюда присланные им корабли, они оба вряд ли будут отзываться на имена Трехо и Наоми. Играть надо теми картами, что на руках. На победу она не надеялась, но могла оттянуть проигрыш. Она прогоняла решения через систему «Роси», переключалась от сценария