Парадоксы Младшего Патриарха стр. 47
ведь маленький мерзавец!
– Ладно, – задумчиво отозвался я, – будем считать, что я тебя понял, как должно. А теперь, будь любезен, повтори-ка весь проход «кошачья лапа». Полностью. С начала и до конца.
– Зачем? – удивился Тхиа. – Ты же мне обещал показать «прыжок тигра».
– Обещал, – согласился я. – Так ведь «кошачья лапа» у тебя еще не совсем получается. Пока у тебя с «лапой» не все в порядке, «прыжок тигра» тем более без ошибок не получится, незачем и пробовать.
– Какие еще ошибки? – запротестовал Тхиа. – Я все делаю точно как ты.
– Ну да, – кивнул я. – А теперь
сам смекни, много ли тебе оттого пользы. Какого роста ты – и какого я. Сколько в тебе веса – и сколько во мне. Твой костяк – и мой… все, все без изъятия совсем другое. Тебе не как я, тебе как ты сам надо делать. Только тогда толк будет. Да и насчет «я как ты»… – я изо всех сил постарался скрыть ухмылку. – Сразу же байка одна мне на ум приходит…
– Какая? – жадно спросил Тхиа. У него даже кончик языка высунулся от неуемного любопытства.
Я вновь едва сумел подавить смех. Надо же – при всей своей хитромудрой проницательности Тхиа так легко попался в мою ловушку. Можно сказать, сам напросился. Ладно же – получай, что заслужил.
– А такая байка, – неспешно приступил я к рассказу. – Учит один мастер новичка, учит, а все впустую. И так с ним бьется, и этак. Повтори, дескать. И сам показывает. А ученик кивает – понял, мол – а после давай чудесить. Хоть и терпелив был мастер, а все же освирепел вконец. Мол, что ты, такой-сякой, делаешь, так тебя и распротак?! А ученик ему и отвечает: «А в чем дело, мастер? Разве же я глаза таращу не в точности, как вы?!»
Тхиа рассмеялся – чуть принужденно и со смущением, как мне показалось.
– Понял, – кивнул он. – Хорошая байка. Это тебе мастер Дайр рассказывал?
– Нет, – мстительно ответил я и ухмыльнулся, уже не таясь. – Я ее сам придумал. Вот только что.
На сей раз Тхиа расхохотался искренне и безоглядно.
– Долг платежом красен, а? – поинтересовался он.
– Точно, – подтвердил я. – Но «кошачью лапу» повтори. Глаза ты пучишь совсем как я, а вот все остальное…
Меня прервал дикий грохот и треск.
– Что это? – изумился Тхиа. – Где?
– Ограду ломают, – ошеломленно произнес я. – А ну, бегом…
Я не ошибся. Ломали и в самом деле ограду. Вот только коварных врагов, подкравшихся к стене исподтишка, чтобы потом повалить ее с таким шумом, что и мертвый в гробу проснется, не было и в помине. Ограду разносил Дайр Тоари.
– Что… – сорвалось невольно с моих уст. – Зачем?..
Дайр Тоари перестал крушить забор и обратил ко мне свое лицо – и оно не было лицом человека, которого я знал столько лет. Вся муть сошла с него совершенно – и иное, совсем иное выражение снизошло на знакомые черты. Я даже не знал, как назвать его, это выражение… пожалуй, то была радость, но радость какая-то непривычная. Безмятежно тихая,