Пароль: «Вечность» стр. 319
дурень набитый уверен, что если у него большая башка, то и мозгов в ней много, – ответил Чак с вызовом, но жизнерадостную самоуверенность небохода поколебать было трудно.
– Это да, – согласился он, поднимая из травы излучатель. – Если б я был таким, как ты, малый, я б тоже обижался, что всякий дылда надо мной шуткует.
– Я не обиделся, – возразил Чак.
– Ну да, ясно, повторяй это себе почаще. – Небоход широко улыбнулся. – Главное – самому верить своим словам.
– Слушай, ты! – взвизгнул карлик и ударил его кулаком по колену. – Я сказал, что не обиделся, и если ты еще раз...
Не обращая внимания на его вопли, Карабан унес излучатель к авиетке, и мы пошли за ним.
Небоход, как оказалось, неплохо разбирался в этих делах – вытащив из кабины железный чемоданчик с инструментами,
он в два счета снял заднюю крышку полусферы, нашел трансформатор, провода и подключил их к аккумулятору своей машины. Излучатель Карабан поставил в траву, привалив плоской частью к чемоданчику.
Когда он нажал кнопку включения, прибор загудел и на пульте мигнули светодиоды.
– Видите скобки эти по бокам? – Небоход похлопал по полусфере. – Можно к днищу авиетки его прикрутить, чтобы решетка книзу была обращена. Пульт в кабину взять. Только вот работает ли оно? Гудит, слышу, но...
– Работает, – перебил Чак, все еще недовольный шуточками небохода. – Ухи он развесил и слышит... А ты еще глаза вытаращи, чтоб видеть. Вот какие еще вопросы? Ясно, работает.
Мы обошли излучатель.
Воздух перед круглой решеткой струился, как над асфальтом в жару. Там, где бьющий из решетки луч касался травы, она плавилась.
Не веря своим глазам, я присел на корточки. Стебли изгибались, зелень улетучивалась из них, они становились мутно-прозрачными и ломкими, серой трухой ссыпа́лись на землю. Пятна мха под травой пузырились, растекаясь булькающими лужицами. А вот сама земля не менялась, хотя я заметил, что вмятый в нее стебель давно увядшего цветка тоже корежится, закручиваясь спиралью.
– А вот если руку туда сунуть, что будет? – спросил Чак задумчиво. – Эй, летун, попробуй, а мы посмотрим.
Хохотнув, Карабан Чиора, на которого все это не произвело особого впечатления, погрозил карлику пальцем и выключил излучатель.
– Не знаю, как он с некрозом будет, – сказал он, поднимая прибор, – но попробовать, ясно, надо... Так, а ну помогите прикрутить.
Пока мы вешали излучатель под фюзеляжем и тянули провода в кабину, Чак спросил:
– Что ты там говорил насчет того, что все вместе лететь не сможем?
– Не выдержит машинка моя, – подтвердил небоход. – Видите, подраненная она? Дырки в крыльях, трос лопнул. Да и горючего много уйдет с таким весом, кабина на двоих рассчитана. Нет, кто-то должен остаться... А где подружка ваша?
Мы оглянулись – Юна лежала на брезентовом плаще. Глаза ее закатились, грудь тяжело вздымалась.
Карабан принес аптечку, и Чак привел девушку в чувство. Она дрожала, и мы накрыли ее пледом, который нашелся в кабине.
– Чак, останешься с ней, – сказал я. – Оружие есть? Карабан, дай ему что-нибудь.
– Это безопасное место, – прошептала Юна едва слышно. – Арзамас совсем рядом, оттуда ходят патрули.
– Ходили, сестрица, – поправил Чак. – Сейчас-то... Ну ладно, подежурю я. Но вы пришлите кого-нибудь побыстрее.
Я шагнул