Библиотека

Партия свободных ребят стр. 70

Размер шрифта
-
+
Тема

тонет.

ЗАПОМНИМ, РЕБЯТА, КАК БИЛ БАРАБАН

Прошло несколько дней. Разлив пошел на убыль, быстро просыхала земля. На поля выехал трактор, весело попыхивая синим дымком, и при радостных криках народа проложил первую широкую борозду артельной пашни.

На Ивана Кочеткова любовалось все село. Так уверенно вел он стального коня, лихо заломив военную фуражку. Забинтованная голова придавала ему вид смелого бойца, несмотря на ранение, не покинувшего боя.

1714585667_6632804369d21.webp

Любовалась Маша, любовалась учительница Анна Ивановна вместе со своим другом Адрианом, умевшим хорошо трубить в горн.

А после праздника первой борозды они уехали. Куда?

Не сказали. Наверное, туда, где их родина Бессарабия стонет под сапогом румынских бояр. Так объяснил Иван Кочетков своей Маше.

— Это жених ее, я сразу догадалась, — сказала Маша.

— Я тоже, — сказал Иван. — Как она на него взглянет, так вся и озарится, словно солнце взошло.

— Любят друг друга, — радостно сказала Маша, — вот как мы с тобой!

— А может быть, и покрепче, — сказал Иван.

Маша задумалась. Посмотрела в небо, на караваны гусей, летящих с юга на север, и сказала:

— Мы с тобой счастливей. У нас свое гнездо есть, а они, как перелетные птицы… Так мне их, Ваня, жалко.

Вот взяла бы я их прямо под крыло… Живите, мол, с нами, хорошие вы мои. Будьте счастливы!

— Ну, что ты, — сказал Иван, — не будет им жизни, счастья, пока родина их не свободна…

— И ничем нельзя им помочь, Ваня? И никогда мы их не увидим больше?

— Настанет час — поможем, — сказал Кочетков, — придет время — и увидимся!

— Так мне тревожно, Ваня, за них. Мы вот у себя дома, пашем, сеем, вокруг вольная волюшка, а ведь их там могут и в кандалы взять и в тюрьмы засадить… И едут они на такие страхи сами, по своей воле. Что это за люди такие?

— Революционеры, — сказал Иван, — коммунисты.

— И ты с ними в одной партии. Гордишься ты этим, Ваня?

— Горжусь, — сказал Иван.

Провожали Анну Ивановну и Адриана не только всем отрядом — всем селом.

Трудно было расставаться. И хотя пообещала Анна Ивановна прислать взамен себя новую учительницу — нового вожатого, ребята были безутешны. Ведь второй такой не сыщешь! Так она им полюбилась. Вот прямо снялись бы всей стайкой с берега да за ней полетели.

Уж на что Сережка ослабел от потери крови — две пули из кулацкого обреза пронзили его грудь навылет, — и тот улыбнулся, когда Анна Ивановна, усевшись в лодку, положила его голову к себе на колени. С ней не пропадешь. Они вместе поехали. Сережка — в больницу, вожатая — на станцию в город.

— Ничего, Сережа, ты крепкий. Поправишься, — сказала она. — Вот Адриан три раза ранен был, а жив, готов к борьбе и в горн трубить еще может отлично!

— Я тоже научусь, — прошептал Сережка.

Лодка отошла от берега под прощальные крики, ветер туго надул парус, и волны заплескались за бортами.

На другой лодке в тот же день увозили на суд кулаков и бандитов. Провожали их вооруженные комбедчики.

Кормчим сидел кузнец Агей. Мужик надежный.

Силантий Алдохин плыл с опущенной головой, даже не взглянув

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.