Пастыри. Черные бабочки стр. 30
убита в новолуние, 5 августа! Митя! Быстренько давай фазы луны за два последних года!
— Ща я, ща! — азартно прошипел юный адепт боевых искусств и бросился к компьютеру. Спустя несколько минут принтер вновь заскворчал, выдавая нужные Яне данные.
— Ну-ка, ну-ка… — пробормотала Коваленкова, сличая даты. — Точно! Все сходится. Все убийства совершались в новолуния! Ритуал! Явно — ритуал!
— Снимаю шляпу перед вашей догадливостью, мадемуазель! — граф Торлецкий встал и щелкнул каблуками. — Вот и не верь после этого в женскую интуицию…
— Когда ближайшее новолуние-то у нас? — вдруг поинтересовался с дивана «спящий» Громыко.
— Двадцатого февраля, Ник-Кузич! — откликнулась Яна, сверившись с распечаткой.
— Стало быть, три денька у нас осталось, чтобы Бутырина найти, — задумчиво пробормотал отставной майор, откидывая плед, и тут же, безо всякого перехода, добавил: — Анатольич, давай, разбанковывай свои запасы. Чапай думать будет!
Граф фыркнул, но послушно отворил резную дверцу буфета и извлек высокую бутылку «Московского» коньяка.
— От цэ — дуже гарно! — почему-то по-украински сообщил Громыко, принимая коньяк, и уселся за стол вместе со всеми, встреченный бурными возгласами.
— А ведь можно еще и вот что… — неуверенно вклинился в общий хор Митя.
— Ну, давай, боец компьютерного фронта, делись, чего придумал? — спросил в наступившей тишине Громыко.
— Логово этих хтонических убийц можно вычислить. Ну, примерно хотя бы, — дрожащим от
волнения голосом произнес «боец».
— Это как же? — не понял Илья.
— Дмитрий Карлович, не томите! — поддержал его граф.
— А вот как… — и Митя, цапнув со стола карту, сиганул к компьютеру…
— …Возьмем за точку отсчета время новолуния… — бормотал мальчик, лихорадочно вводя данные. — …А за середину временного интервала — время совершения преступления… В первом случае это — пять часов. Во втором — пять с половиной. В третьем… Тоже пять с копейками! Так, так… Получается…
Митя глянул на масштаб карты, попросил линейку и циркуль. Взрослые, переглядываясь, сидели молчком, терпеливо ожидая результатов.
— Ну все, готово! — и Митя положил карту на стол. Вокруг каждого места убийства, отмеченного на карте, он начертил окружности, а их общую область пересечения заштриховал карандашом.
— Ну и что это за начертательная геометрия? — хмыкнул Илья, разглядывая карту.
— Я, кажется, понял, господа! — улыбнулся Торлецкий, — Дмитрий Карлович посчитал время подхода от некой точки, совпадающее со временем новолуния, до места каждого убийства и отхода предполагаемых убийц обратно до искомой точки. А какую скорость движения вы взяли, Дмитрий Карлович?
— Людскую. Ну, человеческую, — смущенно ответил Митя, — пять километров в час…
— Ну, по лесу человек медленнее идет, — задумчиво проговорил Громыко, разглядывая заштрихованное шипастое пятно на карте. — Но в принципе, как вариант… Очень даже… А, Януль?
— Да-г-ений пр-сто! — Яна толкнула Митю в плечо, отчего тот привычно залился краской.
— Ну что же, господа! — Торлецкий пришлепнул карту ладонью. — Стало быть, завтра мы с Николаем Кузьмичом выезжаем на места убийств, ну и заодно посетим этот вот вычисленный Дмитрием Карловичем участок.
— А почему это выезжаете только вы с майором? — вскинулся Илья, — нам с Янкой тоже интересно!
— И мне! — пискнул Митя, уткнувшись в стакан с чаем.
— Дмитрий Карлович, у вас же завтра учеба! — посетовал Торлецкий.
— Завтра суббота, Федор Анатольевич! Родители опять на лыжах в Измайловский парк потащат кататься, — Митя скривился. — Уж лучше я с вами.
— Опасно это, — выпив коньяка и закусив кружком лимона, благодушно сообщил