Библиотека

Перед лицом Родины стр. 6

Размер шрифта
-
+
Тема

молодой, красивый и страшно кого-то мне напоминает… Такого, знаете ли, близкого, родного. Мелькнуло в голове: Воробьев? Но нет, отвергаю эту мысль, не может быть, чтобы этот франт был Воробьевым. Ведь Воробьев — это же неуклюжий казацкий парень, а этот… Но все-таки решаюсь и окликаю… И вот видите, оказывается, не ошибся. Я вас не задерживаю?

— Да нет, что вы… Константин Васильевич, — смущенно ответил Воробьев. — Конечно, не задерживаете. Я очень рад вас видеть. Хотя раньше вы ко мне и не совсем справедливо относились, но я же был тогда всего лишь вашим адъютантом.

— Не обижайтесь. Это все в прошлом, — умиротворенно сказал Константин и пожал руку Воробьеву. — Вы, как я вижу, преуспеваете?

— Живу хорошо, жаловаться не приходится.

— Гм… приятно… Пардон, я забыл ваше имя-отчество…

Воробьев усмехнулся. Ему хотелось сказать: «Да вы его никогда и не знали».

— Зовут меня Ефимом Харитоновичем, но зовите меня просто Воробьев.

— Нет, — отрицательно покачал головой Константин. — Когда вы были моим адъютантом, тогда я еще мог позволить себе так вас называть, но… Сейчас мы с вами равны… Впрочем, — горько усмехнулся Константин, — даже и не равны… Где уж мне с вами равняться. Я так опустился.

Он тяжело вздохнул. Помолчав несколько, заговорил снова:

— Я вас прошу, Ефим Харитонович, проявите великодушие и забудьте, что я, быть может, когда-то относился к вам плохо. Мы с вами русские люди, помимо своего желания попавшие на чужбину… Так вот я, как русский человек, офицер, прошу вас тоже, как русского человека и офицера, помогите мне… помогите! — выкрикнул он с надрывом. — Накормите! Я третий день ничего не ел.

Воробьев изумленно посмотрел на него.

— Вы голодны?.. Идемте скорее, — потащил он Константина в первое попавшееся кафе, которых в Париже великое множество. Парижане любят свои кафе. Там можно побеседовать о чем угодно с приятелем, назначить свидание любовнице, поиграть в карты, перелистать журнал или газету.

Воробьев внезапно передумал.

— Нет, — сказал он, — пойдемте лучше вот в тот ресторан напротив. Я хочу вас угостить посытнее.

Ресторан был роскошный. В огромном зале все сверкало в хрустале, серебре, бронзе. На стенах картины в богатых багетах. Публики в ресторане было мало. И все, кто находился сейчас здесь, были люди солидные, хорошо одетые.

Константин, оглядев свой заношенный костюм, стоптанные и давно не чищенные туфли, беспокойно стал разыскивать, где бы сесть подальше от досужих взглядов, и, выбрав укромный утолок, потянул туда Воробьева.

Играя салфеткой, к ним не спеша направился внушительного вида полнотелый гарсон в смокинге.

— Что вам угодно, мсье? — спросил он.

Воробьев стал заказывать. Записывая заказ, гарсон заметил давно не бритое лицо Константина. Он внимательно осмотрел его несвежую рубашку и заношенный костюм и, пренебрежительно сморщившись, перевел взгляд на безукоризненно одетого Воробьева.

— Пардон, мсье, — подчеркнуто спросил гарсон Воробьева, — вы именно в этом ресторане хотели бы пообедать с вашим спутником?

— Да-а, именно в этом, — ответил сухо Воробьев и, указывая на Константина, строго добавил: — Генерал именно здесь желает поесть.

Гарсон недоуменно вздернул плечами и, получив заказ, отошел от них.

Все время, пока Воробьев разговаривал с гарсоном, Константин сидел с опущенными глазами, не смея взглянуть на официанта, пряча под столом свои ноги в дырявых туфлях.

— Вы, Ефим Харитонович, — сказал. Константин, — хотели, видимо, припугнуть гарсона

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.