Перекресток любви стр. 58
Элен представила себе маленького темноволосого мальчика с замечательными карими глазами, улыбающегося, обожаемого и ею, и отцом. Позже, дай Бог, у него появится маленькая сестричка, которую он будет оберегать, о которой будет заботиться.
Элен взяла с блюда кусок дыни и стала есть с таким наслаждением, что Филипп невольно залюбовался супругой. Она подняла на него глаза.
— Мне кажется, ты хочешь, чтобы я приготовила кофе. Кофеин, — объявила Элен со знанием дела, — стимулирует умственную деятельность.
Взгляд Филиппа стал еще нежнее, а улыбка говорила о том, что не так-то просто над ним посмеяться.
— Это мои-то мозги ты хочешь стимулировать?
Элен проглотила остатки дыни и быстро облизала губы.
— Я буду расстроена, если ты сделаешь меньше, чем на это способен, — деликатно объяснила она.
Филипп счастливо улыбнулся, откинулся на спинку стула и отхлебнул вина. Он предвкушал занятие любовью, сладкие минуты, когда Элен будет принадлежать только ему, мечтал о том, как они подойдут к самой высшей точке блаженства. Но тут в столовую вошла Ада и начала убирать со стола. Ее движения были легкими и уверенными.
— Все было очень вкусно, — отметила Элен.
— Спасибо. Вы будете пить кофе здесь или на террасе?
Супруга взглянула на Филиппа, который насмешливо приподнял одну бровь, дожидаясь, какое решение примет жена.
— Пожалуй, на террасе, сегодня такой
замечательный вечер, — решила Элен.
— Моя жена — романтик, — сказал Филипп, обернувшись к экономке.
— При закате такие чудесные краски! — заметила Ада.
— Это верно, — поддержал ее хозяин, встал из-за стола и направился к жене, чтобы помочь ей подняться.
Когда они шли на террасу, муж крепко обнял Элен за талию. Даже через одежду она ощутила тепло его тела.
Они подошли к балюстраде. Бассейн внизу выглядел темно-синим, зато зеркальная поверхность океана отражала краски заходящего солнца. Элен посмотрела на горизонт, где океан сливался с небом, глубоко вдохнула морской воздух и подставила лицо легкому ветерку. Филипп притянул жену и коснулся губами ее волос, шеи, оголенного плеча. Она сладко прижалась к нему, чувствуя его крепкие мускулы. Стоять вот так рядом с ним было верхом блаженства.
Солнце медленно опустилось за горизонт, бросив напоследок в океан яркий пурпурный луч. Небо из серебристо-голубого стало превращаться в темно-синее.
До супругов долетел звон посуды. Переглянувшись, они повернулись и побрели к столу. Ада протянула хозяину чашку кофе, а хозяйке налила стакан минеральной воды.
— Доброй ночи! — пожелала она.
— Спасибо, доброй ночи, — улыбаясь ответил Филипп.
Когда экономка вышла, он наклонился к столику и бросил в чашку два кусочка сахара.
— Тебя что-нибудь беспокоит?
Элен вдруг стала очень смелой. Спокойно глядя на мужа, она произнесла:
— Одри.
— А что бы ты хотела знать про нее?
Его голос прозвучал достаточно сухо, Элен не удалось уловить настроения Филиппа.
— Ты был ее любовником?
— Да.
Это ранило сильнее, чем она могла предположить.
— Это было очень давно, — добавил он.
— Она мне намекала. А ты любил ее?
— Нет. Так же, как и она меня, — без колебаний ответил Филипп.
Супруга уставилась в темноту сада.
— Она все еще хочет тебя, — тихо сказала она.
— Одри не терпит поражений.
Элен вспомнила грубые слова манекенщицы, прозвучавшие утром по телефону, и впервые подумала, что эта женщина с удовольствием могла бы построить свое счастье на несчастье других. Хозяйка не торопясь поднялась.