ПереКРЕСТок одиночества стр. 152
Хотя револьвер мой – с ним сюда попал. И до сих пор барабан полон!
- На кого бережете боеприпас? Не на грозного пирата часом?
- Встречался с этим гнильем? – помрачнел Шериф.
И я понял, почему его лицо показалось мне знакомым – Клинт Иствуд! Чертовски похож! Да и повадки те же – что показаны в его ранних вестернах. Озвучивать догадку не стал. Вдруг посчитает оскорбительным? Кому-то нравится, когда их сравнивают со знаменитостями. А кто-то на дух такого не переносит и считает себя особенным и единственным, ни на кого непохожим.
- Встречался – кивнул я – Пытался выудить у меня дань.
- Если бы не это стекло – палец Шерифа с силой ударил в прозрачную преграду – Я бы живо сделал в этом вымогателе пару дымящихся дыр! Одна пуля в живот. И через полчасика – в голову. Многим он голову задурил! Ты не поддался?
- Никак нет, сэр.
- Вот и хорошо. Крепок духом, стало быть. Такие здесь выживают. Остальные дохнут.
- Шериф, забыл спросить – вам посылку передать? Вряд ли обмена желаете. Или просто поболтать?
- Поболтать. Как считаешь, какая самая главная награда на этой высоте?
- Безлимитные свидания – без раздумий ответил я.
- Верно. Человек скотина социальная. Дай ему время подольше поболтать языком – он и рад до щенячьего восторга! А если беседа с новым человеком – то вообще радость. Ты вот больше слушать любишь или говорить?
- Слушать – признался я – Особенно тех, кто старше и больше моего повидал в жизни. Вас бы послушал с удовольствием.
Запустив руку в карман, нащупал кнопку и вырубил рацию, мысленно костеря себя во все корки. Придурок! Харю умыл, а включенную рацию оставил в кармане! Конспиратор хренов…
- А я поговорить люблю. Что примечательно – раньше молчуном был. Но тут все меняются. Говоруны замолкают, молчуны становятся болтунами. Я присяду. Не против?
- Ни в коем случае – ответил я – В ногах правды нет.
Снова мысленно отругал себя. Чуть было не ляпнул: в вашем возрасте стоять тяжело. Мужик держит марку, к чему делать из постаревшего льва дохлую медузу?
- А я не подумал об этом – признался я, оглядываясь – Привык что чалки короткие. А тут все иначе. Не привык еще.
- Привыкнешь еще – махнул рукой ковбой, усаживаясь на высокий самодельный стул со спинкой.
Я с удивлением рассматривал сооружение. Рама из алюминиевых дырчатых трубок, сиденье и спинка из полосатой ткани. И судя по услышанному визгливому звуку, в стуле имеются пружины.
- Удивляешься? – понимающе хохотнул Шериф – Мой шезлонг.
- Если не ошибаюсь, он из…
- Советской раскладушки, ага. Старой доброй раскладушки. Любовь жителей коммуналки. Хотя ты молод, что такое коммуналка не ведаешь.
- Не застал – согласился я – А как вы так сюда, если не секрет? С раскладушкой и револьвером… тот еще джентльменский набор…
- Ха! Это уж точно! Случилось так – дернул плечом старый ковбой – Смешная и глупая история. И вспоминать не хочу. Уж без обид.
- Да нет. Тем для бесед хватает. Меня вот мучит вопрос – как тюремщики нас сюда в таком виде допускают?