Перси Джексон и Море чудовищ стр. 29
Тайсон… — отвечал я ему. — Все не так просто.
Но ему никакого объяснения и не требовалось. Он просто был на седьмом небе от счастья. А я… какие бы теплые чувства я ни питал к моему крупногабаритному приятелю, не мог избавиться от неловкости. От стыда. И не скрывал этого.
Мой отец, всемогущий Посейдон, прельстился каким-то духом природы, в результате чего на свет появился Тайсон. То есть я читал мифы о циклопах. Даже помню, что частенько они приходились детьми Посейдону. Но я никогда реально не представлял их себе своими… родственниками. Пока на соседней койке не поселился Тайсон.
Новости по лагерю расходились моментально. Прежде я был Перси Джексоном, отважным парнем, который прошлым летом отыскал жезл Зевса-громовержца. А теперь превратился в бедного придурка, братцем которого было уродливое чудище.
— Но он не мой настоящий брат! — возражал я, когда Тайсона не было поблизости. — Скорее, это мой брат наполовину. Ну, вроде дальнего родственника.
Никто не поддавался на мои уловки.
Не спорю, я злился на отца. Быть его сыном стало теперь чуть ли не дурной шуткой.
Аннабет старалась меня утешить. Она предложила нам всем объединиться в команду для гонок на колесницах, чтобы отвлечься. Поймите меня правильно, мы оба ненавидели Тантала и места себе не находили, думая о судьбе лагеря, но что со всем этим делать — не знали. В ожидании пока нам не придет в голову какой-нибудь блестящий план по спасению дерева Талии, мы тешили себя мыслями о гонках. В конце концов, мама Аннабет, Афина, изобрела колесницу, а мой отец, Посейдон, создал коней. Вдвоем мы уж как-нибудь справимся.
* * *Однажды утром, когда мы с Аннабет сидели на берегу озера, рисуя эскизы колесниц, какие-то шутники из домика Афродиты, проходя мимо, спросили, не одолжить ли мне косметический карандаш для подкрашивания моего глаза… — о, прости, конечно же, глаз!
Когда они, хохоча, удалились, Аннабет пробормотала:
— Просто не обращай на них внимания, Перси. Не твоя вина, что у тебя брат — монстр.
— Он не мой брат! — оборвал я ее. — К тому же он не монстр!
Аннабет удивленно подняла брови.
— Ну что ты на меня накинулся! И потом, если пользоваться точными терминами, он и есть монстр.
— Но ведь это ты позволила ему войти в лагерь.
— Потому что только так можно было спасти тебя! То есть… Прости, Перси, я не ожидала, что Посейдон признает его. Циклопы — самые лживые и коварные существа…
— А вот он — нет! Кстати, что ты имеешь против циклопов?
Аннабет посмотрела на меня из-под полуопущенных ресниц. У меня возникло чувство, что она что-то недоговаривает — что-то не слишком приятное.
— Забудь, — велела она. — А теперь посмотри сюда… видишь, ось для этой колесницы…
— Ты обращаешься с ним так, как будто он мерзость какая-то, — не отставал я. — А ведь он спас мне жизнь.
— Может, тогда будешь рисовать наброски с ним? — Аннабет отшвырнула свой карандаш и встала.
— Может, и буду.
— Прекрасно!
— Прекрасно!
Она умчалась прочь, а у меня на душе стало еще гаже.
* * *Следующие пару дней я упорно старался не думать о своих проблемах.
Силена Берегард, одна из самых красивых девочек из домика Афродиты, впервые научила меня объезжать пегасов. Она объяснила,