Библиотека

Перстень чернокнижника стр. 230

Размер шрифта
-
+
Тема

ты намерена делать, замарашка? — снисходительно поинтересовался он. — Оставишь камень себе и позволишь мне убить Игоря?

— Нет, но… — Женя озадаченно нахмурилась. — Мне надо подумать.

— У тебя нет времени думать! — рявкнул вдруг профессор Алпатов так громко, что у Жени даже на несколько секунд заложило уши. «Как может человек производить такие громкие звуки?» — подумала она, но тут же сообразила, что крик профессора прозвучал у нее в голове, а сам он даже не разомкнул губ. И тогда Жене стало действительно страшно.

Внезапно весь зал осветился мягким голубоватым светом.

— Это колдовство, — прошептала она, с ужасом глядя на бледное злое лицо Ильи Константиновича. — Вы колдун!

— Рамус! — крикнул вдруг профессор и простер трость над лежащим в углу Игорем.

Тот вскочил на ноги, словно внутри его распрямилась пружина, и медленно, как пьяный, на дрожащих, заплетающихся ногах побрел к профессору.

— Инцебелус! — снова рявкнул Илья Константинович, и Игорь остановился, не дойдя до него двух шагов. Тут профессор, не сводя глаз с парня, принялся потихоньку вращать в воздухе тростью.

Игорь чуть приподнялся над полом. Сначала медленно, а затем все быстрее он стал вращаться вокруг собственной оси. Женя смотрела на него с ужасом. «Этого не может быть, — думала она. — Это просто галлюцинация».

Но Игорь вращался в воздухе все стремительнее. Из горла Игоря вырвался долгий пронзительный стон. И вдруг с Женей что-то произошло. Она медленно выставила вперед пальцы, сжимавшие перстень, и, вытаращив на Игоря пылающие глаза, проговорила глухим, скрипучим и хриплым, как у старухи, голосом:

— Заклинаю тебя бешеным шакалом, дурман травой, болиголовом и волчьим корнем — остановись! Одион, другиан, тройчан!

И вращение тотчас же прекратилось. Тело Игоря еще несколько секунд повисело в воздухе, а затем тяжело и безвольно, как куль со старым тряпьем, рухнуло на пол.

— Вот как? — почти радостно воскликнул Илья Константинович. — Ты кое-что умеешь. Но этого мало, чтобы одолеть меня. Я сорок лет изучаю магическую науку. Что

ты можешь мне противопоставить?

— Врожденный дар, — холодно и спокойно ответила Женя. — Это стоит всей вашей науки.

Вдруг профессор резко наклонился в сторону и приложил набалдашник трости к безжизненному лицу Игоря. Лицо это, и без того бледное, побледнело еще больше, задрожало и покрылось капельками пота. Игорь открыл глаза, посмотрел полными ужаса глазами на трость, затем перевел взгляд на Женю.

— Боль, которую сейчас испытывает твой жених, нельзя ни с чем сравнить, — холодно сказал Илья Константинович. — Отдай мне перстень, и боль прекратится.

Женя сжала пальцы в кулаки и выкрикнула заклинание, которое прочла в гримуаре Валентина Ивановича:

— Зара! Авда! Ирта! Отсохни рука!

Илья Константинович закричал и, выронив трость, отдернув руку от головы Игоря.

— Дрянь! — пробормотал он сквозь сжатые от боли зубы. — Стерва!

Через несколько секунд боль ушла, но правая рука профессора, потеряв способность двигаться, повисла плетью. Илья Константинович быстро подхватил с пола трость левой рукой, воздел ее над головой и забормотал что-то настолько быстро, что Женя не смогла вычленить из этого потока отдельные слова.

За спиной у нее послышался звериный рык. Она быстро обернулась и увидела, что страшный саблезубый тигр мягко соскочил со своего постамента и, подняв жуткую голову, принялся осторожно, как это делают кошки, нюхать воздух.

— О боже! — выдохнула Женя, чувствуя, как у нее слабеют ноги.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.