Песец всегда прав стр. 2
своей земли, это будет закреплено через реликвии, их и нашу.
Внезапно Песец не просто проявился, а проявил живейшую заинтересованность, вытянувшись в сторону Шелагина.
— Что еще делает реликвия? — спросил я, сообразив, что Песец заинтересовался этим вопросом не просто так.
— Много чего. Фиксирует применение боевой магии на территории, усиливает владельца, позволяет ему телепортироваться в любое место на своей территории, захватив при этом группу, позволяет связаться с другим князем. Но отец конкретно эту функцию не любит, говорит, она отдается очень неприятной вибрацией, поэтому князья обычно предпочитают общаться по телефону, а через реликвию — только в том случае, когда разговор должен гарантированно остаться между ними двумя. Такой разговор ни подслушать нельзя, ни записать, даже участнику.
«Твою мать! — Песец задрал хвост и принялся возбужденно носиться по видимому мне пространству. — Это же… Это же… А энергию они аккумулируют?»
— Энергию они аккумулируют? — продублировал я вопрос Песца вслух.
— Скорее всего, да, — ответил Шелагин, — потому что отец никогда не говорил, что реликвию надо как-то подзаряжать.
«Они даже не в курсе, что часть энергии отправляется в главный артефакт. Тоже мне, реликвия. Система военных артефактов, закамуфлированных красивой оберткой».
«Точно военных?» — удивился я.
«Точно. Из времени моего создания она. Причем не просто из времени, а мой создатель к этому руку приложил. Там куда больше функций, чем сейчас известно. Впрочем, чего удивляться? Про Полигон вы тоже ничего не знали. Смотрю, ничего стоящего ваши артефакторы так и не смогли сделать за это время».
Он выглядел слишком довольным, чтобы я не захотел сбить с него спесь.
«Зато ваши столько стоящего сделали, что чуть все живое не уничтожили».
«Так вопрос стоял: мы или нас, — возмутился Песец. — И потом это явно не артефакторы, это что-то измененное из магии Жизни. И еще неизвестно, кто именно запустил».
«Может вас как раз и выбили?»
«Э нет, — активно замотал он головой. — Не нас. Иначе реликвии бы не отзывались. Они на кровь завязаны, их бы просто не смогли использовать».
«Первоначальная кровь уже была на сто раз разбавлена», — скептически сказал я.
«На определенный уникальный фактор, который передается по наследству. По мужской линии. Как бы ни хотелось княгине Беспаловой передачу по женской — не выйдет».
«То есть вариант с объединением княжеств Прохоровых и Шелагиных не сработал бы?»
«А вот в этом я не уверен. Не зря же Живетьева что-то там мухлевала с реликвиями. Она умеет любую информацию оборачивать на свою пользу, по картинкам разобралась с целительскими записями, по картинкам могла разобраться и с артефакторскими».
«Но дом твоего создателя только недавно вскрыли, — напомнил я. — Кстати, на раскопках при нас никакого сейфа не извлекали».
«Его и без вас не извлекали. Потому что сейф был в основном доме. А в тот дом, что мы раскапывали, Зырянов приходил, когда ему нужно было побыть в одиночестве или заняться любимым делом без посторонних».
«Ты же говорил, что не помнишь, была ли у него семья?»
«Я почти ничего личного не помню, — согласился Песец. — Но желание побыть в одиночестве, понаслаждаться тишиной и подумать в полном спокойствии — это особенности характера, который мне